– А то ты их испугался…
– Не испугался. Я, с мечом ли в руках, с голыми ли руками, мало кого боюсь. Если бы кто из сыновей Ялвача меня на поединок вызвал, я бы его, как кутенка, придушил. А что бы мне нойон после сказал?
Витень только хохотнул, представив себе месть разгневанного татарского князька.
– А среди сынов Ялвач-нойона, – продолжал Федот, – есть один, самый заядлый. Младшенький, любимый. Улан-мэргеном его зовут. Он особо на меня взъелся. Пришлось убегать. Десяток нукуров со мной ушли, поверив мне, а не нойону. Вот, только трое остались.
– Дальше говори. Не пойму, к чему ты ведешь.
– Сейчас поясню все. У моего учителя был еще один ученик. Из молодых, да ранних. Он тайком сговорился с Улан-мэргеном – не знаю уж, где они познакомились, как повстречались, – и они убили учителя. Ограбили его. Украли кинжалы-теча.
– Значит, они здесь, – кивнул Витень, соображавший быстро, если возникала необходимость.
– Верно, княже. Оба здесь. Когда наше войско в посад входило, я видел троих отроков, проскакавших вдоль Полоти, прямо по льду. Один на рыжем аргамаке, а двое – на простых лошадках. Тогда они просто показались мне знакомыми, а только теперь понял почему.
– Это они? Я больше на коня смотрел, – вздохнул литвин. – Знатный конь. Наверняка украли. Откуда у них такой? И кто третий?
– И не сомневайся, княже, украли. Один из них – Улан-мэрген. Второй – Никита – ученик-предатель. Кто третий, не знаю наверняка, но догадываюсь – беглая княжна из Смоленска, Василиса Александровна.
Витень хмыкнул.
– Убили, украли, после вновь коня украли. Здесь опять убивали, верно я догадался?
– Верно, княже.
– Девицу прельстили. Что еще эти отроки содеяли?
– А того, что ты, княже, перечислил, мало?
– Не мало. Но что мне за дело до этих головников?
– Эти головники по твоей земле сейчас едут. Они Правды не блюдут, что хотят, то силой берут или подлостью. Кто должен защитить твоих подданных?
– Значит, я должен подданных защитить, а тебе, как я понял, отомстить хочется. И за учителя, и за обиды в Орде, так ведь?
– Не отомстить, а справедливость восстановить! – Федот повернулся впервые за время разговора, сверкнув глазами так, что у князя холодок пробежал меж лопаток.
– Хорошо, – поразмыслив мгновение-другое, согласился Витень. – Будет тебе справедливость. Догонишь головников, делай с ними, что хочешь, но конь будет мой. Подмогу я тебе дам. Хотя… Зачем тебе подмога?
– Подмоги мне не нужно. А своего человека дай. Чтобы мне препятствий не чинили на твоих землях.
– Дам.
Великий князь задумчиво посмотрел на полудень, где в густом ельнике скрылся прекрасный золотисто-рыжий жеребец.
Если бы человеческому взору было доступно пронзать пространство, подобно солнечному лучу, он увидел бы, как в двух верстах от Полоцка навстречу всадникам вышли три человека – один высокий, седобородый в долгополой епанче, а двое помоложе, крепкие и плечистые под стать друг дружке. Они обменялись парой-тройкой слов и дальше пошли вместе, поддерживая, судя по нахмуренным бровям, серьезный разговор.
Еще южнее, неподалеку от Слуцка, тверской боярин Семен Акинфович вел маленький отряд замученных дружинников. Даже пухлощекий Ваньша, друг Всемила, осунулся и вроде бы как исхудал. Пантелеймон, ссутулившись в седле черным вороном, угрюмо глядел между ушами коня. Он не мог понять, куда же подевался Кара-Кончар, обещавший разыскать его? Новостей накопилось очень много, а рассказать их и некому.
А на западе, миновав стоявший на крутом берегу Припяти Пинск, двигалась по дороге вереница всадников – московские дружинники под началом молодого боярина Емельяна Олексича. Уж они-то не сворачивали с пути, стремясь во Вроцлав, до которого оставались еще долгие версты и десяток разных княжеств, чьи правители мирились и ссорились, заключали договоры и нарушали их, воевали и мирно пировали. Но зато в Силезии они встретят рыцарей-храмовников и выполнят наконец-то княжеское поручение.
Май 2009 – декабрь 2010
Персоналии
Аверроэс, или Абу ал-Валид Мухаммад ибн Ахмад ибн Рушд (1126–1198 гг.), – знаменитый арабский философ. Перевел с сирийского и прокомментировал ряд сочинений Аристотеля. Также написал книгу по медицине «Colliget» (арабское «куллийят» – «система»), которая была переведена на латинский язык и несколько раз перепечатывалась. Многие его произведения были переведены на иврит.
Авиценна, или Абу Али Хусейн ибн Абдаллах Ибн Сина (980 – 1037 гг.), – знаменитый персидский философ и врач, представитель восточного аристотелизма. Был придворным врачом саманидских и даилемитских султанов, некоторое время был визирем в Хамадане. Всего написал более 450 трудов в 29 областях науки, из которых до нас дошли только 274.