– Хорошо, Паша, уже иду, – я скомкал очередной исчерканный лист бумаги и выбросил его в корзину, привстал и посмотрел на своего адъютанта, который чего-то ожидал от меня. Ага, ведь чуть не забыл, – Паша, про твою просьбу я помню – все в норме.
Обнадеженный моими словами адъютант исчез, а я направился в свою гардеробную. Сегодня день рождения моей любимой тещи великой княгини Ольги. Событие значимое – весь цвет романского дворянства и новоявленные бароны с графами моего отряда будут на балу в ее честь. А Паша Крюков, он же барон Лесогорский, подошел ко мне еще утром с одной личной просьбой, а я дал согласие ему помочь. Дельце-то плевое, втюрился бывший омоновец в одну весьма симпатичную и знатную особу непростых кровей, дочку генерала фон Гейера, и просил познакомить с ней. Старое романское дворянство относилось к нам все еще с некоторой опаской, вроде бы и не кичились особо древностью своих родов, но и близко старались не подпускать. Так что элементарные правила приличия при дворе великого князя требовали, чтобы человек, в данном случае Паша, был представлен даме кем-то из вышестоящих по социальной лестнице. Кто это сможет сделать лучше командора, наверняка подумал мой адъютант и был прав. Сделаем. Не он первый из наших, кто на местных красоток запал, и далеко не последний.
Зашел в гардеробную, название для маленькой полупустой комнатушки, конечно, с претензией, здесь всего-то, три комплекта парадной униформы, пяток рабочих камков и несколько пар обуви. Елы-палы, великий герцог, а одеть-то по большому счету и нечего, живу как босяк какой. Быстренько переоделся в парадку, нацепил пяток орденов, два из которых выдумал сам, и сам же себя как великий герцог Ардонский ими наградил, перецепил на правое бедро ножны с акинаком, переобулся в мягкие кожаные сапожки и посмотрелся в зеркало. Нормально, настоящий суровый командор, каким его должны все знать и представлять, почти идеал. Взял с тумбочки обитую бархатом коробочку, с красивым цветочным вензелем ВКРО (великая княгиня Романская Ольга), выполненным из трирского серебра, и направился на выход. Пора уже, время поджимает.
Машина ждет, прыгаем с Пашей на заднее сиденье и через двадцать пять минут бешеной гонки по новенькой автостраде въезжаем во дворец великого князя Иосифа. Адъютант вместе с моими офицерами, уже прибывшими на торжество, заходит через парадный вход, а я здесь вроде бы как свой, так что захожу с тыла.
Первым делом поднимаюсь в свои покои. Ну, как в свои? Выделили нам родители жены на некоторое время половину южного крыла, вроде как по бедности моей и неустроенности жилищной.
Супруга уже готова и встречает меня легким ворчанием:
– Тим, ну, сколько можно ждать? Мы уже должны появиться, а ты все где-то бегаешь?!
Смотрю на нее и поражаюсь. Как же она красива! Наверное, я все же счастливый человек, потому что рядом со мной такая женщина. Ее стройная фигура обрела некую округлость, все-таки четвертый месяц беременности, в походке появилась плавность, и для меня она – дива, ради которой и стоит жить. Русые волосы моей любимой женщины уложены в сложную причудливую прическу. Голубое платье облегает ее тело, а из украшений только прекрасное ожерелье из неизвестных переливающихся камней, предположительно легендарных зеленых сайонов, добытых в сокровищнице гредмарского короля. Все чепуха, лишь бы она была счастлива.
– Ну, что ты все время улыбаешься, Тим? – улыбнулась она в ответ и сменила гнев на милость. – На тебя совсем нельзя злиться, ты только улыбаешься, хотя твои офицеры тебя побаиваются, а я не понимаю почему. Что мы подарим маме? Ты ведь сказал, что сам что-то подберешь?!
– Да, конечно, – я вынул из-за спины изящную коробку и показал ей. – Для моей неповторимой тещи – неповторимый подарок.
– Что там? – она попыталась открыть коробочку, но у нее ничего не получилось.
– Открывается по отпечатку пальца великой княгини, – приподняв коробочку, я показал ей электронный дактилоскопический замочек.
– И что там находится, ты, конечно, не скажешь? – супруга хитренько посмотрела на меня.
– Разумеется, не скажу, – я нежно поцеловал ее в уголок губ. – Катюш, сюрприз должен быть сюрпризом для всех.
– Хорошо, спорить не буду, – ответила она. – Нам пора, пойдем?
Выставив вперед правый локоть, я согласно кивнул:
– Пойдем.
Рука об руку, чинно и не торопясь, как учит придворный церемониймейстер, мы прошли коридорами в Большой приемный покой, где и проходили все торжества. Услужливые лакеи распахнули двери, и минута в минуту, как того требует этикет, мы прошли в сияющий сотнями огней огромный зал. Гости, а таких здесь набиралось около тысячи, уставились на нас, как будто и не видели никогда. Нет бы отвернуться из приличия, типа винца бокал с фуршетного стола взять. Вот, за что не люблю подобные мероприятия, так это за подобные моменты.