Когда стало известно, что мы рассматриваем возможность направить оператора "Дельты" в Тегеран до начала самой операции, многие вызвались добровольцами. После тщательного рассмотрения было отобрано четверо операторов, начавших проходить специальную подготовку. Она заключалась в изучении иранских обычаев и запретов, запоминании улиц и бульваров в Тегеране, изучение столичной транспортной системы, приобретение некоторых разговорных навыков на фарси, ознакомление с иранской денежной системой и заучивание легенды прикрытия. В этой области "Дельте" была оказана большая помощь. В разведслужбах имелись инструктора и сотрудники, ранее проживавшие в этом городе.
Четверо отобранных операторов "Дельты" были слеплены из правильного теста. Любой из них смог бы выполнить эту задачу. Однако Бакшот представлял собой нечто особое, и он стал главным кандидатом. По ходу подготовки стало очевидно, что для Бакшота не удается найти подходящее прикрытие, и мы с большой неохотой были вынуждены вывести его из программы. Его внешность Роберта Рэдфорда не способствовала делу. Кроме того, я считал, что он был нужен мне в качестве заместителя. Тогда свои услуги предложил Дик Медоуз, что, с моей точки зрения, было необычно. Дик участвовал в рейде на Сон Тай, задачей которого было спасение наших пленных из рук северовьетнамцев. В результате выяснилось, что разведданные устарели, а пленных перевели в другое место. Налет, невзирая на результаты, был хорошо спланирован и мастерски осуществлен. Я не знаю, почему Дик вызвался поехать в Иран, однако подозревал, что из-за мыслей, что, как гражданского, его могут оставить, и провести операцию без него. После долгих споров разведывательное сообщество неохотно приняло Дика. Ему присвоили псевдоним "Эсквайр".
Было еще трое. Они также были подготовлены Министерством обороны и отправлялись в Иран одновременно с Медоузом. Двое из них имели опыт службы в Силах спецназначения, оба свободно говорили по-немецки. Последний из них, по моему мнению, был самым храбрым. Мы воспользовались компьютером управления кадров Министерства обороны в поисках человека с военной подготовкой, отлично говорящего на фарси. Мы обнаружили нашего героя в самом неожиданном месте. Это был сержант ВВС в ранге Е-6, тянувший рутинную военную лямку. Его семья родилась и выросла в Иране, и его владение языком было безупречным. Услышав, чего мы от него хотим, он немедленно согласился. Я был чрезвычайно впечатлен им. Не имея никакого предыдущего опыта в делах такого рода, он подвергался большему риску, чем другие. Он решил пойти на это, и предложил свои услуги, поскольку его страна нуждалась в нем.
План состоял в том, чтобы вывести этих четверых агентов в Тегеран за несколько дней до начала операции, и вместе с Бобом они будут наблюдать за всеми объектами, займутся проверкой подготовки транспорта и выявлением возможных проблемных мест. Предстояло сделать очень многое, а времени на это было довольно мало. Нужно было перегнать грузовики, присматривать за складом, где они будут находиться, пробежаться по маршрутам, запомнить их и найти альтернативные пути, кто-то должен был работать на радиопередатчике, а обе цели – посольство и Министерство иностранных дел – необходимо было держать под наблюдением.
Затем случилось нечто настолько глупое, что я не мог в это поверить. Боб был отозван в США и, к моему изумлению, его отправили в Пентагон для встречи со мной. Я был ужасно зол на его кураторов, допустивших такой риск. Это было вопреки всем правилам конспирации. Уж они-то должны знать об этом лучше всех. Бобу ставилась задача осмотреть место укрытия, поскольку фотографии не могли сказать группе разведки, может ли близлежащая железнодорожная ветка повлиять на план. Ему также поручили проверить дороги от места укрытия до ворот посольства, интенсивность потоков движения на предполагаемых маршрутах, дислокацию сил быстрого реагирования, возможное расположение контрольно-пропускных пунктов и места дорожных работ вблизи посольского комплекса. Меня беспокоило место укрытия.
"Вы были там?"
"Да, я был там. Когда я вернусь, то вновь отправлюсь в этот район и еще раз осмотрю его, чтобы убедиться, действительно ли это место подходит".
"Важно, чтобы мы точно определили его. Если мы пропустим его в темноте, нам не удастся соединиться с вами".
Я хотел узнать все, что только можно об этом месте. Я хотел знать, кто живет в этом районе, и что они подумают, когда услышат пролетающие у них над головами вертолеты.
"Они ничего не услышат, полковник, потому что там никого нет".
"Что будет, если мы появимся с другого направления, отсюда?"