— Уходит через тайный проход в стене. — Прошипел Кастл.
— Ускоряюсь. — Пиликнул вокс.
Завхоз обернулась на звук и встретилась глазами с гвардейцем. Встрепенулась, и с неожиданной прытью подскочив, с лязгом закрыла окошко в двери.
Из за угла черной молнией метнулась страйк-коммандер, на ходу обнажая окутавшийся белыми молниями силового поля меч. Фрэнк едва успел отпрыгнуть в сторону, клинок с шипением вошёл в армапласт, как в масло. Кадис поднажала, вырезая дверь практически по размерам косяка. Пинок ноги, и тяжелая панель с раскалённым добела краем, испуская дым, с грохотом упала. Загорелись красным аварийные огни, завыла пожарная сирена.
ETA — Estimated Time of Arrival — ОВП, Ожидаемое Время Прибытия.
— Пожар! Горим! — Старая перечница металась по складу, ловко метая в аколитов тюки с одеждой и свернутые одеяла. В прыжке мангуста Кастл добрался до ведьмы и от всей души врезал ей открытой ладонью в затылок. Удар наверное мог бы свалить грокса, но на тщедушную бородавчатую старушку особого впечатления не произвел.
— Охальник! — Завопила она и бодро побежала по стене вверх на манер ящерицы.
— Стоять! — Вдвое громче завопила Кадис, вцепляясь ей в ногу. — Вяжи ее, Кастл! Вон к той трубе!
Опутанная на манер кригской колбасы, Ада Риз продолжала активно извиваться, но аколиты, немедля устремились в погоню за куда-то так спешащим Саидом.
— Группа поддержки, заберите подозреваемого в помещении 3568М, и отправьте две штурмовые группы в герметичных карапасах по координатам, веду преследование еретика! — Рявкнула Кадис, ныряя в проход, истекающий подозрительно зеленым и дурно пахнущим туманом. Фрэнк последовал за ней.
Дверь чулана со скрипом открылась, наполняя воздух смрадными испарениями и частицами ржавчины. Распластавшаяся по потолку кляксой подгнившей плоти и ржавого металла туша сервитора издала сиплый рев, когда поток картечи, пуль и струя огня рванули к ней, разрывая и обугливая тварь.
— Блядь! — Я отскочил из проема, бросая револьвер и выхватывая нож. Быстро срезать ткань комбинезона, освобождая пузырящуюся кислотой рану, пока меня насквозь не проело. Кровь этого уродца растворила импрегнированную ткань как вода кусок сахара.
Арбитр быстро работал цевьем дробовика, посылая раскалённую картечь в темный проем.
Искаженная рука со стальной, покрытой окислами и изъеденной оспинами, кистью вырвалась наружу, сбивая маршалла с ног и выбивая из него дыхание.
— Закрой! — Махнул я рукой Ковальски и та немедля захлопнула дверь, расчехляя атечку.
Дверь в секцию за нашими спинами раскалилась, источая жар, красное, а затем и белое свечение, и в конце концов ее центральная часть с грохотом выпала, разбрасывая снопы искр.
— Штурмовая группа четыре, кто старший на месте? — Прогудел голос фигуры в черном карапасе.
— Аколит Борис, группа К10. За дверью, на потолке единичная биомеханическая цель, варповый мутант, атакует манипулятором и кислотой. Рекомендую подавить массированным огнем. И немедленно заблокировать инженариум во избежание бегства подозреваемых.
— Принято. — Раскатился голос командира штурмовиков. — Разрешено блокирование инженариума инквизиторским доступом. Четвертый, открываешь дверь, работа по схеме два — одинадцать.
Поток огня и картечи ворвался в чулан, разрывая мутанта на куски, оставив только мерзкую лужу, с бодрым шипением и зеленоватым дымком выевшую приличную дыру в полу. Даже сквозь толстые переборки можно было почувствовать вибрацию с которыми закрывались тяжелые двери шлюзов, отрезая обитель Механикус от остальной станции. Свет мигнул, затем включилось аварийное освещение, механический голос сообщил, что инженерная секция опечатана, станция переведена в аварийный режим и с явным ехидством предложил принять меры к экономии кислорода.
— Что у нас здесь? — Кадис переглянулась с команиром штурмовой группы и они вместе перевели взгляд на Фрэнка.
— Если верить плану — ничего. — Гвардеец ткнул в распечатку на пластике пальцем. — Но вот тут, уровнем выше, жилая палуба. Поэтому если нас не устраивают потери среди мирняка, лучше быть аккуратнее.
Кадис поморщилась.
— Не устраивают. — Устало потерла лоб и уже откровенно скривилась в гримасе. — Инквизиция, блять, как известно, самая гуманная и человеколюбивая организация Империума… а смерти людей могут дать возможность демонам прорвать тонкую вуаль между нашим миром и Имматериумом, и устроить тут представление, в сравнении с которым наши нынешние приключения покажутся театральной пьесой схольной самодеятельности. — Она оскалилась. — Я чую варповое дерьмо, возможен прорыв, и что нам совсем не нужно, так это истончать Завесу. А нужно что то решать. — Она прикрыла глаза, как будто к чему то прислушиваясь. — И быстро.