– О, да у нас тут Капитан Очевидность нарисовался? Где твой щит, Кэп?
– А раз так, значит, у них был свой человек внутри, – продолжал я, не обращая внимания на подколки Шизы.
– Разумеется. Все работники банка задержаны и будут допрошены. Вот только это мог быть и кто-то из бывших сотрудников. Или из технических работников: электрики, компьютерщики или даже те, кто ставил камеры или сигнализацию. Ты представляешь, сколько это народу?
– Уборщики, опять же, – подначил меня Химик, – Ползают всюду, палками своими тычут…
– Человек-невидимка или кто-то с рентгеновским зрением, – продолжила капитан.
Я хотел, было, пошутить насчет комиксов и суперзлодеев, но потом вдруг вспомнил, кто я и с кем рядом стою. Пора бы уже начать привыкать в новой реальности, в которой мне внезапно «повезло» оказаться.
– Ирочка, здравствуйте, – подошел к нам человек в черном костюме, приветливо улыбаясь Шизе, – почему-то я совершенно не удивлен, увидев вас здесь.
Среднего роста, с вытянутым лошадиным лицом, кустистыми бровями и аккуратным ежиком черных волос, он прятал глаза за черными очками а-ля «секретный» агент. Идеально выглаженный костюм был явно не из дешевых, что только усиливало показушное впечатление «элитарности» и пафоса, вкупе с модными часами и парой тяжелых золотых перстней.
– Не могу ответить вам тем же самым, Леонид Петрович, – сухо отозвалась та.
– Ну как же. Случившееся как раз по нашей части, Ирина Васильевна. Так что мы, скорее всего, возьмем это дело себе. Ну а вы можете спокойно отправляться и дальше ловить своих особо опасных преступников.
– Именно этим я сейчас и занимаюсь.
– Конечно-конечно.
Этот тип бросил быстрый взгляд на нас с Химиком, уделив внимания не больше, чем стоящему рядом дорожному знаку. Но я был уверен, что он хорошенько нас рассмотрел и запомнил все особые приметы. Очень непростой товарищ, этот Леонид Петрович. Простые товарищи по месту преступления в туфлях за две с половиной тысячи баксов не разгуливают. Вынес я как-то парочку таких же из одной квартирки…
– Вот, Ирина Васильевна. Для вас и ваших людей, – подбежавший молодой полицейский протянул девушке пропуска на ленточках.
– Спасибо, Сергей. Буду должна…
– Ну что вы, Ирина Васильевна, – явно засмущался паренек, – Одно ведь дело делаем!
– Как всегда без нужных бумаг и как всегда неотразима… – ухмыльнулся тип в пиджаке, – Эх, Ирочка, Ирочка – шли бы вы к нам работать, а? И вашими-то данными и нашими ресурсами – мы бы такие горы свернули!
– И снова мой ответ «нет», Леонид Петрович.
– А вы все же подумайте. Номерок мой у вас есть, если что…
– Обязательно подумаю, Леонид Петрович. Вот как грабителей поймаем – так сразу и сяду подумать над вашим предложением.
Тот лишь молча улыбнулся, дурашливо козырнул и, развернувшись на пятках, зашагал прочь, насвистывая себе под нос что-то незатейливое.
– Могу его подскользнуть, если хотите. Тьфу ты, если хочешь… – словно невзначай, заметил я, невольно перейдя на «вы» после этого их обмена любезностями, – Кстати, а что это за неприятный тип? Особист какой-то?
– Конкуренты наши и большие любители совать палки в колеса. Госбезопасность. Ладно, разбирайте ваши пропуска и давайте осмотримся побыстрее, пока у нас действительно это дело не отобрали…
– У нас? – ухмыльнулся я.
– У полиции.
С пропусками наперевес мы двинулись прямиком в банк. На нас смотрели, косились и даже пару раз пытались преградить путь, но бросив взгляд на суровое лицо Лавровой и пропуска, оставляли в покое. Лишь у самой двери возникла заминка:
– А этот что тут делает? – удивился полицейский, стоявший на входе, кивая на меня, – Наши криминалисты еще работу не закончили. Да и чисто там, вроде…
– Этот? – Шиза сделала вид, словно вообще впервые меня видит.
– Предварительная оценка ущерба и объема предстоящих работ, – отозвался я.
– Так говорю же – чисто. Ни трупов, ни кровищи.
– Мое дело маленькое. Мне приказали приехать, осмотреться и смету составить – вот я и приехал. А уж надо будет прибираться, или нет – это уже не мне решать. И не вам, господин уважаемый полицейский. Верно?
– Проходите, – нехотя уступил тот дорогу.
– Молодец, Уборщик, языком работать умеешь не хуже, чем шваброй, – едва слышно прошептала мне Шиза, едва мы оказались внутри.
– Глуховатые пенсионерки и усталые домохозяйки с охапкой детишек на такое легко ведутся. Полицейские, как выяснилось, тоже… – также шепотом отозвался я на сомнительный комплимент.