– Дверцы! Они все открыты совершенно одинаково! Кроме пятой и шестнадцатой, но это, я думаю, уже полицейские криминалисты постарались… Дилетанты…
– И? – холодно поинтересовалась мисс Невозмутимость.
– Вам не кажется это странным? Восемь человек в дикой спешке открывают двадцать ячеек. И все дверцы – на один и тот же угол!
– Вот теперь, когда ты это ТАК подал и озвучил вслух… И какие будут версии?
– Никаких!
И радостно скалится, словно нашел что-то, сулящее ему Нобелевку, не иначе.
А я, кстати, сегодня тоже еще не обедал.
Никак не связано ни с нашим текущим делом, ни со стихийным конкурсом «жиртрест года» – просто к слову пришлось…
– Ты ВСЕ закончил? – поинтересовалась Шиза, наверняка имея в виду и самовольную отлучку нашего эксперта.
– Да. Думаю, можно возвращаться. Мне еще нужно передать данные в лабораторию и изучить результаты анализа.
– Инспектор Крученко, – девушка повернулась к нашему «экскурсоводу», – огромное вам спасибо!
– Не стоит благодарностей… – на щеках того появился легкий румянец, – Для вас – что угодно, Ирина Васильевна!
– И особенно за записи с видеокамер.
– Ах да, – как-то сразу поскучнел тот, – Идемте за мной…
И мы снова вернулись в операционный зал, где по-прежнему суетились полицейские: фотографировали, записывали, допрашивали последних клиентов, которых еще не отпустили домой, и кого-то из начальства, подоспевших на место преступления. В общем, создавали суету и имитировали бурную деятельность.
А мне все не давали покоя «подправленные» камеры. Таких насчиталось восемь штук из двадцати двух. Не так уж и много, но зачем вообще это делать? Понятно, что для создания «слепых зон», но что даст преступникам выпадение из поля зрения камеры на 1–2 секунды?
Или на метр-полтора, если мыслить расстояниями?
Непонятно.
– Вы не знаете, – я обратился к полицейскому, – банковские камеры звук пишут?
– Нет, насколько мне известно. Но можно уточнить…
Он снова схватился за мобильник, и через пару минут к нам подошел один из криминалистов с массивной фотокамерой наперевес.
– Принес?
– Да, вот, все на диске, – и новоприбывший протянул внешний жесткий диск, – Все данные за последние два месяца.
– Смотрел?
– Нет, меня просто попросили вам это передать наши айтишники.
– Свободен.
«Посыльный» развернулся и, поймав мой взгляд, подмигнул, а затем театрально закатил глаза к потолку, выражая этой гримасой свое отношение к показушно деловитому Крученко и его сомнительной компетенции. Я усмехнулся и понимающе кивнул.
– Ну, раз мы здесь пока что закончили… – Шиза сунула жесткий диск в карман и многозначительно посмотрела на Химика.
Тот очень медленно, очень глубоко и очень печально вздохнул и кивнул. Тоже как-то уныло и неубедительно. Странный он, конечно, неужели не хочет отсюда уходить? Это как же нужно любить свою работу-то?
– Уже уходите, Ирина Васильевна? – нагнал нас у выхода из банка какой-то полицейский в чине старшего лейтенанта.
– Да.
– Мы с ребятами скоро на обед собираемся – тут неподалеку как раз есть отличное заведение. Приглашаем вас присоединиться… и ваших коллег тоже, разумеется, – торопливо добавил он, – Кстати, господин Либерман любезно согласился нас всех угостить. Там обычно обедает его персонал.
Старлей указал на солидного мужика в костюме, который сидел за столом и что-то записывал под диктовку еще одного полицейского.
– Заместитель директора? – поинтересовалась Лаврова.
– Нет, один из совладельцев.
– А разве банк принадлежит не…
– Такие люди до простых смертных вроде нас с вами лично если и снизойдут, то только в самом исключительном случае. А тут почти рядовое ограбление. Так что насчет моего предложения, Ирина Васильевна?
– Извини, Саша, но у меня действительно совершенно нет времени.
Ага. Значит это у нас Саша. Да кто ты вообще такая, капитан Лаврова? И двери тебе открывают, и секретные записи отдают, и на обеды зазывают…
– Эй, чего встал? Уборщик!
Задумавшись, я и не заметил, что «коллеги» уже ждут меня на улице. Осмотрев еще раз операционный зал банка, и больше не заметив ничего странного, я покинул здание.
К нашему микроавтобусу мы шли молча, каждый думая о своем. Я вот, например, все никак не мог выкинуть из головы говяжий стейк в карамельном соусе и со свежей зеленью.
– Физи-и-и-ик, су-у-у-ука! Опять ты со своей дрянью! – простонал Химик, едва открыв дверь в «Транспортер».
– Жрать охота, – недовольно проворчал тот, доедая лапшу быстрого приготовления пластиковой вилкой.