– Ваше королевское величество, разрешите, – мысли Георга прервал личный секретарь королевы.
– Что ещё?! – раздражённо произнёс король.
– Утром принесли посылку от покойного премьер-министра. В свете случившихся событий я подумал, что это возможно, что-то важное, – с поклоном ответил старый слуга королевы.
– Это точно посылка от маркиза Солсбери?! – спросил Георг, чувствуя, как какой-то страх начал охватывать его.
– Ваше королевское величество, я давно служу королевскому дому Великобритании и мне прекрасно знакома печать премьер-министра, – с достоинством ответил секретарь.
– Хорошо, несите, – сдерживая нервную дрожь, произнёс король.
Вскоре перед Георгом на столе стояла, судя по очертаниям, шкатулка или что-то похожее, завернутое в ткань и зафиксированное блямбами сургуча с оттисками печати. Секретарь по взгляду короля, взяв со стола небольшой нож для вскрытия писем, взрезал ткань и достал, как и предполагалось, небольшой деревянный ящик. Откинув крышку и заглянув внутрь, секретарь в ужасе отшатнулся.
Георг, встав с кресла, посмотрел содержание посылки и без сил опустился назад.
«Патрон, кинжал, динамитная шашка и пузырёк с какими-то кристаллами. И как довесок кусок бумаги, на котором изображён флаг „Ирландского республиканского братства“. А могла быть просто бомба, которая взорвалась бы при вскрытии шкатулки», – от этой мысли Георг почувствовал, как перед глазами поплыли предметы, и он потерял сознание.
Эпилог
– И когда наш герой решится сделать, наконец-то, предложение заждавшейся этого девушке? – подошедший ко мне уже коллежский асессор Бутягин, распушив усы, со смешинкой в глазах, лукаво посмотрел на меня.
Я, наслаждавшийся на балконе свежим и морозным воздухом с Невы, шутливо и в тоже время серьёзно ответил:
– Павел Васильевич, Вы-то в курсе моей ситуации. Жених согласен, родители невесты согласны, осталось уговорить невесту. Я сегодня подготовил один сюрприз. Вот после него и сделаю предложение.
– Так чего ждём?! Пойдёмте в зал к гостям, и там решительно делайте свой сюрприз, а потом предложение! Признаюсь, мы с Машей ждём этого с нетерпением.
– Вот придёт сюрприз, мы с ним на шесть вечера договорились, там всё и будет. А пока мне надо сосредоточиться.
– Всё понял. Я пошёл. Только лучше зайдите в комнату. Как бы не простыть. Обманчивая погода в апреле месяце, особенно в Петербурге.
Согласно кивнув головой, я вслед за Бутягиным вышел с балкона и затворил двери. Проводив глазами фигуру доктора задумался, вспоминая события последних месяцев.
По похоронной процессии мы с Зарянским отстрелялись быстро, не затратив и сорока секунд. Сделав по семь-восемь выстрелов, быстро разобрали штуцеры, сложили в кофр Бурова и втроём вышли из квартиры, готовые в любой момент открыть огонь из наганов с глушителями.
Спустившись на первый этаж, вышли через черный ход, замок в двери Буров открыл заранее. А когда мы вышли во двор, аккуратно закрыл дверь, передав кофр Зарянскому. Гул на Виктории-стрит нарастал, даже раздалась пара выстрелов, судя по всему из револьвера, а мы в это время уходили по отработанному маршруту к Воксхолльскому мосту, по пути воспользовавшись ещё тремя сквозными подъездами домов. Неспешное путешествие в толчее по мосту.
Разыгранная сценка случайного столкновения между мною и Зарянским. В результате чего кофр с тремя штуцерами на глазах изумлённой публики улетел с моста в воду. Мы немного потаскали с Сергеем Владимировичем друг друга за грудки, пока Буров не растащил нас под смех и улюлюканье зевак-прохожих. После этого засели в одном из пабов рядом с вокзалом, где будущие пассажиры ожидали отправления поезда. Здесь к нам присоединился Горелов.
Потом была поездка до Саутгемптона, откуда на следующий день отправились на пароходе «Кайзер Вильгельм дер Гроссе» по прозвищу «Большой Кайзер» в Гамбург. Этот четырехтрубный гигант длиной почти в двести метров осуществлял рейсы по маршруту «Гамбург-Саутгемптон-Нью-Йорк» и обратно, принимая на борт более одной тысячи семисот пассажиров. Данный маршрут в один конец судно проходило за шесть суток.