Высвободившись из хватки Арчера, я добралась до нее в тот же миг, что и Дэймон. Он держал ее за плечи, переворачивая. Из ее рта полилась мерцающая синяя жидкость, а голова безжизненно лежала на руках Дэймона.
Где-то человеческий крик прервался отвратительным хрустом.
– Эш, – сказал Дэймон, слегка тряся ее. – Эш.
Ее неподвижные глаза смотрели в бесконечное небо над головой. Я уже понимала, что произошло, но мозг отказывался признавать. Мы с Эш никогда не стали бы подругами. Вероятно, мы даже никогда не повысили бы наш статус до заклятых подруг, но она была невероятно сильной, упрямой, и я, честно говоря, думала, что Эш пережила бы любую ядерную бомбардировку.
Но ее человеческая форма, ее мучительно прекрасные черты исчезали в мягком, быстро гаснущем свете. У Дэймона в руках не осталось ничего от Эш – просто оболочка из прозрачной кожи с сеткой вен.
– Нет, – прошептала я, уставившись на Дэймона.
Он задрожал.
– Проклятье, – выдохнул Доусон, его руки обнимали тихонько плачущую Бет. – Она…
Бет всхлипнула.
– Она спасла мне жизнь.
Стоя рядом с Доусоном, Ди прижала руки ко рту. Она молчала, но все было написано на ее лице.
– Ребята, нам действительно надо…
Появившийся позади Дэймона Люк застыл, мгновенно помрачнев.
– Черт.
Я подняла голову, понятия не имея, что сказать. Да и чему помогли бы сейчас мои слова. Где-то вдалеке раздался новый взрыв, похоже, это была машина.
– Я нашел большой внедорожник примерно в квартале отсюда, мы все в него поместимся. Надо уходить, пока дорога свободна. Скоро прибудут еще солдаты, и я не смогу снова их уничтожить. Так же, как и все вы. Мы исчерпали себя.
– Мы не можем оставить их здесь, – с яростью в голосе возразил Дэймон.
– У нас нет выбора, – поддержал Люка Арчер. – Останемся здесь хоть на секунду дольше – присоединимся к ним, Кэт присоединится к ним.
На лице Дэймона заиграли желваки, и мое сердце болело за него. Они выросли с Томпсонами, и я знала, что Дэймон тоже любил Эш. Не так, как меня, но не менее искренне.
– Я тоже не хочу оставлять здесь Пэриса, – сказал Люк, поймав взгляд Дэймона. – Он заслуживает, чтобы мы его взяли с собой, но у нас нет выбора.
Что-то щелкнуло в голове Дэймона, потому что он нежно опустил Эш на землю и встал. Я последовала его примеру.
– Где машина? – жестким голосом спросил он.
Люк жестом указал на дорогу.
Я потянулась к Дэймону, и он взял меня за руку. Еще не так давно мы были вдесятером. Теперь только семеро мчались по темной дороге, заваленной сожженными автомобилями, телами и обломками зданий. Я бежала вместе с остальными, заставляя себя не думать о том, что произошло.
Люк нашел «додж джорни» и грузовик, но теперь нам требовалась только одна машина. Эта мысль горестно отозвалась во мне. Арчер выбрал «додж», забираясь на водительское место, а Люк – на переднее пассажирское.
– Быстрее, – торопил нас Люк. – Впереди не все чисто, но пробок нет, затор рассосался. Люди бегут из города. Мы должны затеряться среди них.
Доусон помог Бет сесть с одной стороны, пока мы с Дэймоном пошли к другой. Мы забрались на самое заднее сиденье, а Ди присоединилась к Доусону и Бет в среднем ряду. Мы еще не успели захлопнуть все двери, как Арчер нажал на газ.
Мое тело словно окоченело, я развернулась на сиденье, уставившись в заднее окно. Мы объезжали машины, старательно избегая столкновения с паникующими людьми на улицах. Мы оставляли город позади, оставляли там Пэриса, Эндрю и Эш.
Я продолжала смотреть назад, провожая глазами горящий Вегас.
Глава 30
Поездка проходила в тишине и напряжении. Все мы постоянно озирались, ожидая военных у нас на хвосте, и никто не знал, что сказать или стоило ли нарушить наше общее молчание сейчас.
Повернувшись в объятиях Дэймона, я прижалась щекой к его груди и вдохнула густой, древесный аромат. Как хорошо, что на нем не осталось запаха смерти и разрушения. Если я закрывала глаза и задерживала дыхание, до тех пор, пока не напрягались клетки мозга, то почти могла представить, что мы просто едем по пустыне.
Он не стал пристегивать нас ремнями безопасности. В какой-то момент оттащил меня от заднего окна и удобно устроил у себя на коленях. Я не возражала. Скорее всего, своими объятиями он хотел отвлечь меня от мыслей о последствиях случившегося. И, думаю, он тоже нуждался в том, чтобы чувствовать мое тепло. Если бы только я могла оказаться в его голове, узнать, о чем он думает прямо сейчас.
Я поглаживала большим пальцем пятнышко на ткани над его сердцем, бездумно рисуя причудливые фигуры на его груди. Я надеялась, что чувство вины не съедает его. В том, что произошло – в этих смертях, – не было его вины. Я хотела сказать ему об этом, но не хотела нарушать тишину. Казалось, каждый в машине скорбел о ком-то.