Я заранее настроился на то, чтобы отреагировать спокойно и хладнокровно, но того, что он скажет дальше, я не ожидал.
- Она… мертва…- эти слова прозвучали как приговор.
Как? И кто посмел?
В данный момент я не мог произнести ни слова. Она была беременна, значит, ребенок тоже мертв. У империи должен был появиться принц, и я возлагал на него большие надежды, но снова все тщетно.
Все это бессмысленно.
Я совершил слишком много ошибок, чтобы сейчас их исправлять. Если все это происходит из-за гнева богов, то уже слишком поздно. Это связано с Лилит, но ее вины в этом нет.
Наконец, мне удалось взять себя в руки.
- Кто посмел? – холодным, безэмоциональным голосом задал я вопрос.
Лорд, посмотрев на меня, успокоился.
- Тэньга, - спокойно ответил он.
А вот теперь я понял, что сам виноват. Тень приходила за мной, но что-то пошло не так, и она ошиблась с целью.
Мою душу что-то укололо, я почувствовал гнев и бессилие. Не выдержав, я произнес вслух:
- Она приходила за мной.
Артанис удивленно посмотрел на меня. Он знал, что я заключил сделку с Хаосом, знал, что ценой будет моя жизнь, но он не мог соединить эти два события воедино.
Теперь, в этом не было смысла. Забрана была не та жертва, следовательно, за мной еще придут.
Кассандра… Она не заслуживала смерти.
Я ничего не успею сделать перед тем, как исчезнуть.
- Когда придет время, - я начал говорить это, глядя прямо в Артанису в глаза. – Ты расскажешь Лилит обо всем, что произошло и произойдет в дальнейшем. Расскажешь, что это вина Хаоса. Но… Пока она не должна ничего знать.
Пока я это говорил, мне пришлось накрыть себя куполом непроницаемости из чистой магии воды, чтобы Хаос ничего не услышал.
Лорд согласно кивнул головой.
- Нужно придумать причину, по которой драконы не смогут увидеться с императрицей.
Холодно посмотрев на Артаниса, я договорил:
- Никто не должен знать об этом. Лишние волнения ни к чему.
- Что делать со слугами, которые первые обнаружили смерть ее величества?
Вздохнув, я посмотрел в сторону. Сегодня мне придется быть жестоким.
- Убить…
Лилит
- Freya, obsecro te, ut a Summi Dea. Placere auxilium. Affectus, qui non pertinent ad eam accipere eos ex. Tantum vis scire affectus, quod involutum mea calida tegmine, domina mea, domina, futura Regina vita mea. Veni in auxilium et. Vos quid facere, Princeps dabo te virtutem meam libenter*
Как только Кай начал читать свое заклинание, мое сознание начало уплывать в темноту. Перед глазами проносились самые худшие из моих кошмаров. Примерно год я не видела эти сны, но знала, что они связаны со мной, поэтому они должны были вернуться.
Мысли и чувства.
Начало.
Больно. Душно. Одиноко.
Сердце стучит, как сумасшедшее. Он поверил! Поверил, что я убила его истинную пару!
Непонимание и обида. По щекам катятся рубиновые слезы. Под когтями кровь.
Душу охватила ненависть. Я знала, что так будет. Жгучая, смешанная с яростью и болью – ненависть, которая никогда меня не покинет.
Это он виноват! Лжец! Предатель!
Как я могла довериться тому, кто убил моего брата?!
Насколько же я глупа…
Мысли и чувства.
Перед смертью.
Я сделала все, что хотела. Разрушила идеальный порядок этого мира.
Пусть те, кто уничтожил меня, собирают этот мир из осколков заново.
Не успела только отомстить тому, кто виноват больше всего.
Но я вернусь. Ведь это еще не конец.
Какие же они все наивные…
Губы тронула невольная, жестокая усмешка. Они не знают, кому перешли дорогу. Не знают, кого заставили страдать. Их сила ничто для меня.
Но пусть пока не знают об этом.
Пройдут тысячелетия, но моего имени все равно будут бояться.
И я вернусь…
Вернусь, чтобы отомстить.
Непонятные чувства и отрывки воспоминаний. Они покинули меня, когда мне удалось открыть глаза и осознать, что я уже давно не на той поляне, где мы с Каем начали проводить ритуал.
Прямо над поверхностью ледяного озера светила Луна. Она была прекрасна. Пейзаж полностью соответствовал темному зимнему лесу. От деревьев на воду падают тени, хрустит снег и разливается нереальная тишина.
Я стою посередине озера. Совсем голая, с распущенными белоснежными волосами до колен.
Хм…
Вот одежда бы мне не помешала. Хотя, холода я не чувствовала от слова совсем.
Не люблю, когда со мной играют.
- Фрейя, может, покажешься? – буквально в пустоту задала я вопрос.
Прошло около десяти секунд. И, наконец, я услышала звонкий, чистый смех.
Откуда-то он был мне знаком.