— Заткнись уже. Поговорим на полигоне, — развернулся и, не дав ему ничего сказать, направился к выходу.
Ему ничего не оставалось, как пойти за мной. Похоже, у него впервые забрали инициативу. Не пройди половины пути до двери я услышал голос Кати:
— Ты назвала меня швалью, тварь?
Я повернулся и увидел, как Катерина на вытянутой руке держит за горло ту девушку, что изволила нелестно обо мне издеваться. И откуда у нее столько силы?
— Нет. Я назвала швалью того отщепенца, что сидел с тобой за столом, — прохрипела дура, вцепившись в руку Кати. При этом остальные студиозусы в скором темпе покидали возможную зону поражения. Все знали, что бывает, если разозлить Фролову.
— Ты назвала моего мужчину швалью, а значит, оскорбила и меня. Ты хочешь сказать, что я стану спать со швалью?
— Да пошла ты!
Ох, зря она это сказала. Катя вспыхнула, и ее пламя за мгновение ока раскалило воздух вокруг, а студенты ломанулись на выход.
— Катюш, если ты желаешь поесть шашлыка, то я знаю ресторацию, где мясо намного свежее и более молодое.
Девушка меня поняла и отбросила обгорелую и орущую дуру в сторону. Затем подошла ко мне и, взяв под руку, попросила:
— Размажь уже этого недоумка по полигону и пойдем прогуляемся на свежем воздухе, а то подпаленного дерьма нанюхалась.
Так мы дошли до преподавательского полигона, где нас уже ждал Герман Александрович и ректор.
— Предлагаю вам извиниться друг перед другом и примириться, — произнес ректор.
— Отказываюсь, — заявил я.
— Отказываюсь, — ответил наемник.
— Тогда прошу пройти на полигон. Раньше, чем я подам сигнал не начинать.
— Начали! — скомандовал Ванадий Павлович, когда купол над нашими головами закрылся.
Наемник, не медля ни секунды, рванул в мою сторону, используя магическое усиление тела. Более того, он сходу начал формировать мощные заклинания и запускать их в меня. Кажется, я понял, как он побеждал антимагов.
Во-первых, у него был дар сразу к двум стихиям — воды и молнии. А, во-вторых, он очень умело использовал усиление тела магией. Что воитель, что маг из него получились отменные. Вот только отменные для людей из этого мира. Для Верховного ярла Дальфиона, его детские потуги равносильны самоубийству с разбегу об стену. То есть глупая и пустая смерть.
Я не стал ни уворачиваться, ни убегать, ни даже блокировать его атаки. Он сам прекрасно сделал все, что мне было нужно. Просто залил меня магией, скрыв от посторонних глаз, а дальше я просто усилил кожу и смотрел, что же интересного я могу поиметь с его магии. Оказалось ничего.
Его опосредованные атаки песком и камнями получились довольно искусными. Впервые я видел, чтобы принцип водяной пескоструйной резки применяли в бою. Вот только ему это нисколько не помогло, а я с удовольствием наблюдал за возможностями далеко не самого слабого Аланта.
Когда он приблизился ко мне вплотную, то не стал использовать усиление своего тела для прямого контакта. Он ее использовал для того, чтобы разогнать свои руки.
Другими словами если воитель ударит антимага усиленным магией кулаком, то толку с этого не будет. Урона это антимагу нанесет не больше обычного удара. А вот если усилить руку, в которой он держит не магические кинжал или рапиру, то у антимага практически не будет шанса увернуться. Но я-то не антимаг. Я дарг в теле Пожирателя. А поэтому я не просто увернулся, но и с оттяжкой зарядил наемнику в челюсть.
Его щит сильно просел, а сам он отлетел метра на три от меня. В его глазах я отчетливо разглядел непонимание, которое после моей кровожадной ухмылки сменилось страхом.
— Что не ожидал, что антимаг может быть сильнее Аланта? — поинтересовался я.
— Не может быть! Ты простой отщепенец! Как?!
— О-о-о, ты не переживай, ты очень хорошо на себе прочувствуешь ответ на этот вопрос.
Я рванул со скоростью превышающую скорость наемника и ударил его в солнечное сплетение. Тот подлетел метра на полтора, его щит лопнул, а из горла вырвался хрипящий звук.
— Ты же недавно называл меня отщепенцем и дворнягой, так почему ты валяешься у моих ног, якобы благородный дворянин? Ты простая шавка, которой кинули кость и сказали «фас». Ты не должен даже думать о том, чтобы разевать свою беззубую пасть на такого как я.
Я ударил ногой ему в челюсть, выбив несколько зубов.
— Ты на всю свою жизнь запомнишь, что к антимагам нужно относиться с уважением, и называть их отщепенцами ни в коем случае нельзя.