— Он ранен.
И тут ветер предательски подул от меня в их сторону.
— Здесь еще кто-то есть. Разберись! — он кивнул в мою сторону.
«Ну, ты гений, блин! А по свежеприготовленному шашлыку, налитому вину и тлеющим углям не смог догадаться? — подумал я и приготовился отражать атаку, несмотря на то, что все мое естество буквально орало мне валить отсюда. — Вот только хрен вам! Если я и побегу, то только чтобы догнать!»
Вычислил этот ассасин меня довольно быстро и уже через мгновение оказался рядом со мной, и по моему горлу полоснуло чем-то острым. По шее стекла капля крови. Именно капля, поскольку я успел в самый последний момент среагировать и укрепить свою кожу.
Пока мой противник замер на мгновение от удивления, я схватил его за руку, затем попытался ударить его кинжалом, но не тут то было. Убийца отбил удар, но высвободиться не смог. Тогда я просто сжал кулак, и кости ассасина хрустнули. Странно, но он при этом не закричал и даже не зашипел от боли. Наоборот он провел несколько ударов по мне, но поняв, что везде натыкается на непонятную броню. Попытался вогнать мне свой кинжал в глаз.
Я использовал все свои возможности на максимум, чтобы увернуться. С такой скоростью я еще ни разу не сталкивался. Это что-за бойцы такие? Где их учат? Я с телом Пожирателя, прокачанным на волколаках и измененных медведях, ничего не могу ему противопоставить!
Будь он один. Я бы высосал сейчас из него всю энергию, а может и не всю. Спрятал бы его где-нибудь и перекачивал бы его способности себе потихоньку. Но их тут трое и пусть двое против одного, мне точно ничего хорошего не светит, узнай хоть один из них кто я такой.
Ассасин не мог понять, что за магию я использую, а я был сосредоточен только на том, чтобы не сдохнуть тут. Слишком уж сильный противник оказался, несмотря на то, что одна рука у него была сломана.
Я уже несколько раз должен был умереть, ели бы не моя укрепленная кожа. Бой продолжался, но долго так сопротивляться я не мог. Рано или поздно этот ассасин воткнет мне свой кинжал в глаз. Надо что-то делать, что-то кардинальное и я сделал. Вместо того чтобы увернуться от очередного удара, я сам насадился на его кинжал плечом, ухватив его за руку. Да он быстрее меня, но вынуть кинжал он не успел.
Я дергаю его на себя и второй рукой хватаю его за шею. Хруст и на землю оседает бездыханный труп, а я тут же осматриваюсь, поскольку двое еще находятся здесь.
Вижу, они сражаются. Один одет, так же, как и тот, что сейчас лежит у моих ног, а второй несколько по-другому и его одеяние мне очень знакомо. Порывшись в памяти Антеро, я понял, откуда мне знакома эта форма. Передо мной один из клана Охотников и он ранен, а эти двое, судя по всему, его преследовали. Что ж, с учетом того, что я в дальнейшем собираюсь возглавить клан Охотников, выбор очевиден.
— Стой! Тебе с ним не справиться, — ответил охотник, прикрывая одной рукой рану, из которой сочилась кровь. Похоже, его отравили и сильно. Яд явно не быстродействующий. Хотят живьем взять.
Кстати о ядах. Меня ж тоже поцарапали. Я закрыл глаза и прислушался к своему организму. Так и есть блуждает какая-то хрень. Я сосредоточился на ней и вытянул из яда энергию. Все, теперь это не более, чем лишняя жидкость в моем организме, которая скоро выйдет естественным путем.
— Нет в этом мире тех, с кем я не справлюсь! — ответил я, открывая глаза.
Рванул с места я очень быстро, но противнику не составило труда не только увернуться, но и контратаковать, направив свой кинжал сразу мне в глаз. Не знаю, как мне это удалось, но я немного отклонил голову и успел зажмурить веко. Лезвие шаркнуло по укрепленной коже и ушло в сторону. В другой руке у ассасина оказался стилет, и им прямо сейчас метили мне в ухо.
Вместо того чтобы уклоняться, я поворачиваю голову и ловлю зубами запястье противника. Сжимаю челюсть и ощущаю во рту знакомый мне вкус крови. Правой рукой останавливаю руку с кинжалом, но этот хрен отталкивается ногами и делает сальто назад. Я буквально чуть ли не откусываю ему кусок руки и ощущаю, как вторая его рука буквально вырывается из моей. Но тут его тело обмякло, и он падает, не успев докрутить сальто.
Мгновение спустя я замечаю в его голове кортик Охотника. Тот уже еле стоит и секунду спустя падает на колени.
— Я могу вылечить тебя, — предложил я. — Но ты поклянешься, что никому и никогда не сообщишь, что это сделал я, и то, как я это сделал. А еще ты поклянешься, что никогда и ни при каких обстоятельствах не станешь мне вредить.
— Это слишком серьезная клятва для Охотника.