Неделю нам дали на сработку друг с другом и отработку сценария захвата отделения Святой Инквизиции. В группе у меня оказались две девушки, вот только даже мне пришлось попотеть, чтобы, не вытягивая у них энергию, победить их.
Я остался полностью доволен командой и вот нас высадили в Патагонской пустыне в южной Америке. В паре десятков километров от отделения Святой инквизиции. Один я бы добрался туда значительно быстрее, чем в составе группы, но сейчас было важно показать нашу силу, а не мою. За всё надо отвечать, в том числе и за нападение на мой род. А за нападение на мою невесту я спрошу лично с главы клана Святая Инквизиция, когда придёт время, а пока разнесу их отделение в хлам и вывезу всё что нам может пригодиться. Грузовая техника и специальная трофейная команда уже дожидаются нашего сигнала.
— НикитАр, а ты правда сможешь просадить их замковый накопитель? Судя по данным, разведки у них там даже не промышленный, а именно замковый накопитель.
— Да, — коротко ответил я. Все готовы? — поинтересовался и в ответ получил от каждого кивок. — Тогда выступаем.
Все тут же сорвались с места. Там, где нас высадили, наблюдения ещё не было, а вот по мере приближения к базе, я и мои люди начали замечать Дронов и различное оборудование. У них были свои способы обнаружения подобной слежки, а у меня свои. Я видел энергии, а без них ни один прибор не обходится. Соответственно я успевал заметить потенциальную слежку ещё до того, как она нас замечала. Среди нас был отличный спец, который умел вырубать не только всю электронику в определенном радиусе, но и точечно наносить удары. Я ему показывал направление, где находится дрон или камера, и если её нельзя было обойти, то он выводил её из строя без шума и пыли.
Разумеется, так долго продолжаться не могло, уверен, что на базе инквизиции дураков не было, поэтому они, отследив что камеры и приборы вырубаются в одном определённом направлении, тут же подняли тревогу и активировали щиты. Вскоре нас обнаружили и открыли по нам огонь.
Пули и снаряды отлетали от нашего отрядного щита, а мы, не снижая скорости неслись к базе. Вскоре в нас полетела магия, и она начала просаживать щит значительно быстрее. Теперь мне нужно отвлечь внимание противника от отряда на себя, поэтому я выбежал из-под щита и рванул к воротам на значительно большей скорости, чем бежал мой отряд.
Сначала инквизиторы не придали отделившемуся бойцу значения, и по мне шарахнула лишь пара орудий, и один снайпер. И только после второго залпа до них дошло, что меня их оружие даже не поцарапало, а я при этом уже практически достиг ворот. Тогда-то на меня и переключили почти всю боевую мощь, которую они могли в этот момент задействовать. Вот только и это не дало результата.
Подбегая к воротам, я еще и ускорился, по дороге доставая два кинжала из когтей ящера. Мой первый удар с вытягиванием энергии просадил замковый накопитель противника практически на двадцать процентов. И это стало последним моим действием, которое привело к тому, что вся мощь базы, сосредоточенная на стенах, обратила на меня свое внимание. Однако я благополучно уничтожал все атаки своей аурой и лишь подпитывался энергией, которой со мной так щедро делились инквизиторы.
Я, не обращая никакого внимания на атаку противника, продолжал просаживать их щит, постоянно ускоряясь, а моя группа в это время, получив передышку, заряжала свой накопитель щита.
В какой-то момент мне даже показалось, что инквизиторы, используя магию, помогают мне опустошить собственный накопитель, потому что их магия периодически прилетала по их же щитам. И вот их накопитель наконец то иссяк, и щит, немного поморгав, исчез насовсем.
Вытянув энергию с петель на воротах и замке, я выбил их с такой силой, что они влетели в ближайшее здание и пробили стену.
— Пришла вам пора ответить за нападение на мой дом, твари, — произнес, я и принялся убивать одного за другим, не тратя на смерть каждого больше одного удара.
Кто-то из местных узнал меня и закричал во всю глотку:
— НикитА-а-ар!!!
А вот сейчас началась паника. Никогда не видел паникующих инквизиторов, но все когда-то бывает впервые. Однако мне было все равно, я сюда пришел убивать. И как только я представлял, что они собирались сделать с моим домом и с моими людьми, на меня накатывала такая ярость, которую могут понять только дарги.