… «Деревенька» готовилась к приёму гостей. Это был, своего рода экзамен для всех участников проекта. Они волновались. Василий каждый день обходил своё хозяйство в поисках недочётов и каждый день находил их, его раздражали какие-то, одному ему ведомые мелочи, он ворчал, что-то исправлял, хотя женщинам всё нравилось и так. Маруся испытывала новые рецепты блюд, чтобы удивить туристов своей стряпнёй. Выпросила ещё козочку в хозяйство, а Анна не устояла, купила до кучи ей десяток гусят на сельскохозяйственной ярмарке в районе, слишком уж они были хороши: жёлтенькие, пушистенькие, словно мягкие игрушки. Маруся была в восторге!..
…Аннина ночная жизнь продолжалась своим чередом. Но однажды девушке приснился совсем уж странный сон: будто она проснулась ранним утром, когда ещё только начинал брезжить рассвет, и в серых смутных сумерках увидела мужскую фигуру у своей кровати. Мужчина присел на корточки, облокотившись на край возле её ног и смотрел, как она спит. Анна сначала очень испугалась, но потом узнала своего любимого. Девушка подумала, что он опять ей снится, и не удивилась, протянула руку, он подался вперёд, Анна ощущала так явственно его дыхание, горячее живое тело под своими пальцами, и всё было, как наяву в этот раз. Это не было похоже ни на одну из предыдущих ночей с ним. Всё происходило по-настоящему, не во сне. Этот красивый мужчина не был бесплотным духом или игрой её услужливого подсознания и воображения, он был абсолютно реален. Тяжесть его тела, крепость объятий, мужской запах - всё было наяву. Впечатления тоже были реальными и несравнимо более богатыми, хотя и в прошлые их встречи, всё было чудесно. Но на таких качелях любви Анну не укачивал никто и никогда. Она хотела, чтобы ночь длилась вечно. Насколько подходили они друг другу, словно созданы единым целым изначально и разделены лишь только для того, чтобы найти друг друга вновь и никогда не потерять. Такая редкая гармония невозможна ни с кем другим. И, наверное, это всё-таки новое видение. Ну и ладно, проживу одна, как Глафира, лишь бы эти ночи были со мной всегда, - пронеслось в её разгорячённой голове. Но когда мужчина тяжело вздохнул и поднялся, она окончательно поверила, что это не сон и испугалась. А человек исчез, как будто рассеялся в тумане. Но теперь-то хоть, она разглядела его как следует. Что он был высок ростом, широк в плечах и молод, Анна знала и раньше, а вот лицо разглядела впервые и, главное, запомнила. Её возлюбленный был рус и светлоглаз, с прямым носом и твёрдым мужским подбородком, всё в его облике было гармонично и прекрасно. Одним словом, он был хорош во всех смыслах. Анна лежала в постели, уже рассвело, а она всё перебирала в уме свой сон, или уж и не сон вовсе? Как понять?..
Глава 16.
…Она в тот же день отправилась к Глафире, та себя совсем неважно чувствовала, но ещё держалась. Выслушав девушку, старушка призадумалась, а потом, глубоко вздохнув, сказала:
- Кузьма с тобой прощался.
- Как Кузьма? Кузьма – это домовой. Ночной гость, вообще, плод моего воображения, он снился мне почти каждую ночь, я его полюбила уже. А этот - своенравный хулиган – любитель баранок, не может быть! Это он пугал всех мужчин, появлявшихся в моём доме? А с чего, вдруг, он решил уйти? С Кузьмой я расстаться не против, а этого терять не хочу, я люблю его! Думаешь, я сошла с ума? Полюбила того, кого нет?
- Не знаю, что тебе и сказать. Во всём этом есть какая-то тайна. Будь поосторожней…
Как быть поосторожней? Чего опасаться? Анна не понимала. В голове у неё никак не укладывалось, что Кузьма и её любимый – это единое целое! Но Глафира на этом и не настаивала, лишь опасалась какой-то неведомой угрозы для Анны…
Тут, как раз, пожаловали первые гости, пока их размещали, приехал и Геннадий Александрович. Надолго засидевшись за изобильным Марусиным столом, искусствовед решил заночевать. Анна предоставила ему свои апартаменты, хотя Мурка была, как обычно, против…
… А ночью в Аннином доме случился пожар, начавшийся с чердака. Сбежался народ, и Маруся с Васяткой, и гости искали Анну, дом полыхал, попасть туда было уже невозможно, а Геннадий Александрович с чумазым от копоти лицом, испуганно рассказывал, что только сам успел ноги унести. Маруся, рыдая, удерживала мужа, который, несмотря на смертельную опасность, рвался в огонь спасать девушку. Остальные в оцепенении смотрели на горящий, словно факел дом, и понимали, что Анне – конец!..