Как-то очередной бессонной ночью вспомнилось лето, которое она провела в деревне. Подружка позвала к бабушке, чтобы не скучать там одной. Хорошо было, легко, здорово! Вот и решила домик купить недорого, в какой-нибудь глухомани, чем дальше от шума, тем лучше. Идею в жизнь воплотить хотелось, как можно быстрей. Нашла Сережку Васильева однокурсника, он ещё во время учёбы занимался недвижимостью, вот и помог. Конечно, он предупреждал, что дом – не фонтан, давно не жилой стоит. Да место уж больно хорошее: природа, речка, в округе ни души, только пара бывших колхозников живёт, а так, деревня брошена давно, и цена копеечная, лишь бы купили…
- Озябла? Я торопился, как мог, чуть в этом море не искупался, еле на ногах устоял, такая грязь скользкая, да ещё подтаяла к полудню. Хорошо, хоть, сапоги резиновые всегда в багажнике, а так вымазался бы до колен. А у тебя, наверное, и ноги-то промокли насквозь? – Васильев, торопливо скользя, семенил по тропинке к дому.
- Не совсем ещё, ну открывай уже, в доме отогреюсь…
- Интересно, кто тебе там натопил? В доме-то сто лет никого не было, - Сергей быстро взбежал на крыльцо и принялся за приржавевший замок. Чертыхаясь, он пытался провернуть ключ в скважине, но ничего не получалось, - стёкла что ли бить? Как туда попасть-то?!
- Да погоди ты, дай, я попробую, - Анна, отпихнула Васильева локтем, и сама взялась за дело. Странная штука, замок поддался без проблем, будто только её и ждал. Она вынула дужку из петель и толкнула дверь, та легко поддалась и, скрипнув, распахнула свои объятья…
Глава 2.
Анна ожидала, что на неё пахнёт затхлостью, плесенью и чем там ещё пахнет в старых брошенных домах, какой-нибудь гнилой сыростью. Она ошиблась, в неё ударил целый букет запахов: сушёного сена, полыни, ещё чего-то неуловимого, деревенского, она опять вспомнила то лето, в гостях у подружки, когда ей было хорошо. Девушка ступила в тёмные сени и стала искать на стене выключатель:
- А, здесь электричество-то хоть, есть?
- Есть! Хозяева электрика приглашали, чтобы подсоединил всё по новой, так, что проводка нормальная, не боись. Сама понимаешь, столько времени дом пустует. Достался им после каких-то дальних родственников, они здесь и не бывали. Я всё проверил, прежде чем, договор оформить, - Сергей с фонариком протиснулся мимо Анны в дверь, прошёл к щитку и, открыв его, нажал какие-то кнопки, потом даванул выключатель на стене, и прихожая осветилась лампочкой Ильича, висевшей под потолком...
Здесь оказалось довольно просторно и относительно чисто, никакого хлама. Весь интерьер состоял из крашенной деревянной лавки, нескольких алюминиевых ведер, вставленных друг в дружку пирамидкой, да странной вешалки под одежду на стене. Пряные запахи исходили от пучков травы, которые были развешаны повсюду на гвоздиках. Васильев, как профессиональный риелтор, повёл Анну на экскурсию, открывая перед ней двери в кладовку, на двор и в комнаты. Всё показал, ничего особенного, дом, как дом. Не кривой, не косой, крыша не течёт, стены крепкие. Печка большая русская, а вокруг неё три комнаты: передняя и кухня одновременно, зал и ещё комнатка, наверное, спальня. Конечно, ко многому требовалось приложить руки, но в целом, сносно…
- Ну, как? Не нравится? - тревожно заглядывал в глаза Сергей. За окном, меж тем, начинало темнеть. И чем темнее становилось, тем более охватывали Анну сомнения: Куда запёрлась? Что тут делать одной? Ночью можно с ума сойти!
- Давай хоть печку истопим, я ведь, не представляю, как это делается, - сказала она вслух.
- Не успеем, сейчас стемнеет, потом не выберемся. В следующий раз приедешь с утра, и тренируйся. Или расторгать будем договор?
Анна в глубоких раздумьях, молча прошла в маленькую комнатку за печкой, собираясь с мыслями и, как- то, вдруг, ощутила умиротворение, на душе стало спокойно и легко, страхи исчезли, как рукой сняло. – Странно, - подумала девушка, - всё по-простому: завалинка, пружинная кровать, допотопная полированная тумбочка да стул старый, в небольшое окошко, за выцветшей занавеской пробиваются остатки дневного света, в доме холодно, как на улице, а на душе тепло…
- Не будем расторгать, мне нравится здесь, - выдохнула и сама обрадовалась, - буду жить тут, поживать и добра наживать!