Я стою буквально в трех метрах от них.
Сглатываю ком, вставший поперек горла. Ноги мокрые, по ним мурашки прокатываются от внутренней стороны бедра к кончикам пальцев.
— Я… я просто… — лепечу блеющим, жалким голосом.
А взгляд мой приклеился прямо Льву Сергеевичу ниже пупка.
Вблизи его член кажется еще больше, чем мне показалось вчера.
— Дарина, — рычит он, отпуская брюнетку. — Ты ведь знаешь, что тебе запрещено выходить из комнаты после…
— Да! Простите меня! Я просто захотела пить и у меня голова болела. Мне пришлось… я не ожидала… простите… я…
— Иди к себе, — холодно произносит он.
Я киваю несколько раз, а затем пулей срываюсь с места.
— Прислуга? — слышу ехидный женский голос отдаленно.
— Домработница, — отзывается Лев Сергеевич. — И это не твое дело, Кристи. Давай, отсоси мне.
Боже…
Боже!
Я лечу вверх, спотыкаясь на мраморных ступеньках. Щеки горят огнем от стыда и страха.
Я даже думать не хочу о том, что теперь со мной будет.
Попила, блин, водички.
Влетаю в свою комнату на негнущихся окаменевших ногах.
Прислоняюсь спиной к закрытой двери. Тяжело и судорожно дышу, закрыв глаза. Пальцы прошибает крупной дрожью.
Мало того, что я нарушила этот дурацкий запрет, так еще и застыла там, в пролете между лестницами.
И засмотрелась на член Льва Сергеевича! А он ведь видел, куда я смотрю своим пристальным, загипнотизированным взглядом.
Царапаю ногтями дверь за моей спиной и губу кусаю до крови.
Вот же приспичило меня попить! Вот же дурочка!
Я и вчера ночью видела его с женщиной. Только вчера я осталась незамеченной. А сейчас… вот так глупо…
Я еще и воду там разлила. И стакан, наверно, разбила.
Теперь меня точно ждет увольнение. А может, что-то похуже…
Глава 6
Ночью я глаз сомкнуть не могу. Сижу на краю кровати и наблюдаю, как легкий ветерок колышет тюль.
С улицы пахнет хвойной свежестью и дождем.
Сегодня беспокойно не только мне. До слуха то и дело доносится лай зловещих доберманов.
Я прикрываю веки устало. Прохладно становится, и я глажу свои плечи, разгоняя мурашки. М-да…
Мечтала, что все у меня будет хорошо.
Что мама адекватно воспримет мое стремление работать и помогать ей со Степой. Столько кредитов…
Да, разные фонды по сбору денег помогают собрать суммы на операции, но после каждой операции нужна дорогостоящая реабилитация.
Мама пробовала как-то собирать через социальные сети, просила у знакомых… кто сколько сможет. Но этих денег всегда было мало.
Мы жили в нищете и в страхе, что однажды Степе снова потребуется помощь врачей, а у нас попросту не будет нужной суммы. Кредиты уже не одобрят, люди больше не захотят нам помочь, фонды тоже откажут.
Чувствую, как горячая слеза катится по правой щеке. Быстро вытираю ее и шмыгаю носом.
Тяжело и надрывно вздыхаю.
И вот у меня появилась возможность помочь матери. Такой шанс, который упускать никак нельзя. Один на миллион!
И я его благополучно профукала.
Закрываю лицо ладонями, горло сковывает огненной болью.
Так страшно…
Так обидно…
И самое ужасное, что я не знаю, чего мне ожидать с утра.
Как Лев Сергеевич отнесется к тому, что я нарушила его запрет и вышла из комнаты?
Я отработала здесь всего один день!
Один несчастный денечек!
И вот чем все обернулось.
Вытираю влажное лицо и встаю. Прикрываю окно, рассматриваю воду в бассейне, вспоминаю, как поглядывала за Отшельником. Дура!
Ну какая я дура!
Сна ни в одном глазу. Поэтому начинаю собирать свои вещи.
Он ведь точно выставит меня за порог своего замка.
И хорошо, если хотя бы попросит Константина довести меня до города. А если просто выкинет за ворота, и добирайся, мол, сама.
Складываю кофточки в чемодан, грустно вздыхаю.
Затем иду в ванную и набираю себе теплую воду. Хочется полежать на последок в такой роскошной комнате, посмотреть в потолок и хорошенько подумать.
Я этого так не оставлю!
Обязательно найду новую работу!
И чтобы платили там хорошо.
Погружаю свое тело в ванную, теплая вода обволакивает, успокаивает и убаюкивает. Откидываю голову на бортик и расслабляюсь. Слышу, как мое сердечко плавно стучит.
Неужели, это действительно конец?
Не верится как-то…
Грустно все это, конечно.
Я такую возможность упустила.
Когда выхожу в свою спальню, за окном уже теплится рассвет. Черничное небо медленно озаряется лучиками восходящего солнца, легкие перистые облака подсвечиваются золотистым сиянием.