- Да уж тяжеленько… - кивнул мужчина.
Он закрыл журнал, сунул его в сетку на спинке сиденья впереди и, повернувшись к Знахарю, сказал:
- Знаете, что? Я, как человек безусловно опытный и даже убеленный сединами, предлагаю вам свое общество на время полета. Лететь нам четыре часа, так что… А не заказать ли нам коньячку?
- Ваша правда, - решительно ответил Знахарь, - я и сам об этом подумывал, но пить одному… Как-то не с руки.
Он, конечно же, соврал, потому что пить ему приходилось во всех возможных ситуациях и компаниях, но этот мужчина чем-то располагал к себе, и Знахарь решил не кобениться, а нормально, по-мужски отдохнуть во время долгого перелета.
Делать все равно было нечего, а спать он не хотел.
- Вот и хорошо, - сказал мужчина, - девушка!
Проходившая между кресел стюардесса остановилась и с дежурной улыбкой посмотрела на него:
- Я вас слушаю.
- А принесите-ка нам, любезнейшая мадемуазель, коньячку. Причем не шкалик, а нормальную бутылку. Сами видите, тут шкаликов целая пригоршня понадобится.
- Лимон? Авокадо? - стюардесса была сама любезность.
Мужчина посмотрел на Знахаря:
- Вы что предпочитаете?
- Да мне как-то все равно, - Знахарь пожал плечами.
- Ну тогда лимон, - уверенно сказал мужчина, - старое, проверенное всегда лучше неизвестного нового. Это, конечно же, ни в коем случае не касается молодых и красивых девушек.
Стюардесса расцвела и, радостно подрагивая ягодицами, удалилась по проходу в сторону запасов коньяка.
- Меня зовут Виктор Ефимович Волжанин, - представился мужчина и слегка привстал.
- Очень приятно, - ответил Знахарь, - а меня…
Он чуть было не назвал свое настоящее имя - Константин Разин, но вовремя прикусил язык.
- А меня - Майкл Боткин.
- Майкл? Странно… - удивился мужчина, - Боткин - это еще понятно. Боткин, Сойкин, Малкин и Залкинд. Вы еврей?
- Нет, - теперь удивился Знахарь, - а что, похож?
- Абсолютно нет, - уверенно сказал Волжанин, - наверное, вы назвали свой псевдоним.
- Совершенно верно, - кивнул Знахарь, - и предпочитаю отзываться именно на это имя - Майкл.
- С удовольствием, Майкл, - покладисто ответил Волжанин, - а меня называйте Виктором. Это в разных важных местах я раздуваю щеки и называюсь Викто-ром Ефимовичем, а знакомство в воздухе, на высоте… скажем… восьми тысяч метров как-то сближает. Вы не находите, что тут мы в какой-то степени ближе к Богу?
- Это в смысле того, что тут у нас больше шансов быстренько встретиться с ним? - усмехнулся Знахарь.
- Ну, я же не это имел в виду, - засмеялся Волжанин.
В это время стюардесса принесла поднос с коньяком и нарезанным лимоном.
Поставив его на откидной столик перед Знахарем, она сделала едва заметный книксен и удалилась. Посмотрев ей вслед взором знатока породистых лошадей, Волжанин разочарованно вздохнул и сказал:
- А бабки у нее подгуляли…
Знахарю стало смешно, и он спросил:
- Вы случайно не коннозаводчик?
- Коннозаводчик? А что, интересная мысль…
Волжанин озадаченно посмотрел в пространство перед собой, потом весело взглянул на Знахаря и ответил:
- Нет, Майкл, я не коннозаводчик и даже не владелец автомастерской. Я простой коммерческий директор радиостанции.
- Ух ты! А что за станция? - спросил Знахарь, разливая коньяк по пластиковым мензуркам.
Волжанин приосанился и важно ответил:
- А станция, Майкл, не простая, а наоборот, любимая народом и уважаемая правителями.
- Случайно не «Голос Америки»? - ехидно поинтересовался Знахарь.
Волжанин расхохотался и сбросил важный вид.
- Нет, не «Голос». Все проще. «Радио Петроград» - «Русский Шансон». Слышали такую?
- А как же, - уважительно ответил Знахарь, - конечно, слышал! И всегда слушаю, если попадается. Вот так не знаешь, с кем летишь, а оказывается - такой интересный человек…
- Ну, я-то не очень интересный человек, - возразил Волжанин, - я простой чиновник, а вот те, кто у нас звучат - действительно заслуживают внимания.
- Согласен, - кивнул Знахарь, - вот за это мы и выпьем.
- За что - за это? - поинтересовался Волжанин, - за простого чиновника или за настоящих артистов из народа?
- А за то и за другое, чтобы никому обидно не было, - дипломатично ответил Знахарь.
- А вы, батенька, не так просты, как может показаться с первого взгляда, - Волжанин взял с подноса мензурку с коньяком, - ну, за радиовещание!
- Ага, - согласился Знахарь, - за него, родное!