— И я предлагаю продолжить наш разговор теперь уже у нас в гостях. Я приглашаю вас вместе с отцом Игорем рассказать курсантам обо всем, что услышал сегодня. Думаю, нашим курсантам — будущей офицерской элите — будет не только интересно, но и полезно. Жизнь ведь — не книжка, не учебник: может столкнуть их и с этими проблемами, как столкнула моего бойца.
Он обнял Юрия, а потом подошел к Андрею, тоже пришедшему к тому времени в дом отца Игоря:
— Наслышан, наслышан… Тоже молодец. Где служил?
— «Полтинник», — Андрей встал перед генералом навытяжку.
— А почему тут?
Андрей смущенно промолчал.
— Жду обоих у себя, — коротко сказал он Юрию.
— Товарищ генерал… — начал было Андрей.
— Я сказал, жду у себя. Там решим, куда определить ветерана легендарного «полтинника». Кстати, мы с тобой однополчане: я там лейтенантом начинал после офицерского училища.
— Товарищ генерал, а на кого нашего батюшку оставим? Он ведь приключений не ищет: они к нему сами идут. Его без нашей поддержки оставлять нельзя.
Генерал улыбнулся и обнял Андрея:
— Надумаешь — приходи. Вместе с батюшкой. Уж чего-чего, а приключений у нас хоть отбавляй. Скучать не придется.
Да не смущается сердце ваше
Несмотря на советы врачей еще пару деньков «вылежать» болезнь, отец Игорь поднялся и пошел в храм. Ему не терпелось снова встать у престола и возгласить начало службы. Он сильно тяготился и от болезни, и от лекарств, и от долгого лежания. Ни друзья, ни прихожане, постоянно навещавшие его и приносившие с собой разные народные снадобья, способные быстро восстановить здоровье, не могли ему заменить главного, к чему рвалась душа: храма Божьего, служения Богу.
— Лечиться, вылеживаться потом будем, — он ласково обнял Елену в ответ на ее категорические протесты.
— И когда же наступит это «потом»?
— Ну, как все сделаем, переделаем…
— Состаримся и в могилу ляжем, — она знала, что отца Игоря не удержать.
— Верно! Тогда и отдохнем, и отоспимся. А на теперь хватит. Пора в храм.
И, быстро одевшись, он вышел из дома. На улице было тепло, солнечно, прекрасно. Со всех сторон доносилось звонкое щебетание птиц, люди шли каждый по своим делам, приветливо здороваясь с батюшкой. Ждали его и в храме, хотя отец Игорь никому не говорил о том, что придет именно сегодня:
Войдя в храм и отслужив благодарственный молебен, отец Игорь не мог отказать своим прихожанам в радости: немного поговорить с ним за столом в церковной трапезной. Войдя туда, он остановился в изумлении: там всех ждал накрытый стол: вкусный домашний обед, самовар, на окнах — пышные букеты цветов.
— И по случаю чего пиршество?
— По случаю вашего выздоровления и возвращения, — люди снова радостно обступили своего настоятеля.
— Насчет выздоровления говорить пока рановато…
— Батюшке двойную порцию, — по-деловому суетился Андрей Иванович, не упуская возможности сесть поближе. — Стакан супа для него мало. Не жалейте, наливайте полнее.
— Ой, да где же такой стакан взять? — растерялась повариха, тоже севшая за стол. — Пойду на кухню: там, вроде, была большая кружка.
За столом рассмеялись.
— Да не дергайся, Лида, сиди спокойно, — удержала соседка. — Андрей Иванович у нас всегда в юморе. Шутки, прибаутки… Забыла, что ли?
— Как там ваши «бантики»? — отец Игорь поспешил выручить Андрея Ивановича и перевести разговор на другую тему.
— Лучше не спрашивайте, — ответил тот, не отрываясь от своего «стакана» супа. — Три «бантика» мал-мала меньше по всему двору гоняют, невозможно ни уследить, ни удержать, а теперь еще четвертый «бантик» ждем: дочка опять в «интересном» положении, сама лишь недавно об этом узнала.
— Рассказывайте, какие тут у вас новости за время моего отсутствия.
— Ой, батюшка, какие у нас могут быть новости? — махнула рукой Клавдия, бывшая церковным кассиром. — Все наши новости в сравнении с тем, что случилось с вами, — сущие пустяки, не стоит даже говорить о них. Расскажите лучше вы.
— А что рассказывать? — отец Игорь стал пить ароматный чай. — С нами ничего особенного не случилось: намочили ноги, сами вымокли до нитки, налазились по разным люкам, отсекам, коридорам… Ничего интересного. А вот если с кем и случилось, так это с людьми, что пошли за тем безумцем. Дай Боже, чтобы эта история больше нигде не повторилась и чтобы никто не поддался соблазну повторить эти «подвиги». Ничем, кроме беды, такие затеи не заканчиваются: так всегда было и будет.