— Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго, — молился старец, готовясь открыть себя грядущим сюда гостям.
У старца
Что-то подсказало отцу Игорю не петлять, а идти путем, каким он уже ходил к Дарьиной гати с Максимом: дорога сюда легко запомнилась. Кроме того, тут было много ориентиров. По ней он и вел троих беглецов, которые подгоняли, торопили его, не давая ни минуты на отдых.
— Там отдыхать будем… потом… когда… — Кирпич, взяв на себя функции вожака, тяжело дышал, оглядываясь назад и прислушиваясь, нет ли близкой погони.
— Погоди… Ты бы… правда… малость… — Ушастый обливался потом, вытираясь пыльным рукавом холщовой куртки.
— В Чечне не по таким кручам и лесам лазили, — не оборачиваясь, прохрипел Кирпич, — и здесь прорвемся. Так ведь, святой отец? Твой Бог нам поможет?
— Господь никому не отказывал, кто к Нему обращался — отец Игорь думал за свою матушку: как она переживет все, что случилось и что еще вполне может случиться впереди. Он видел, какой злобой кипели его попутчики, каким страхом были объяты, желая как можно надежнее укрыться от неизбежной погони. Отец Игорь понимал, что взяли его не столько в проводники, как в заложники: случись что — они прикроются им как живым щитом. Расчет прост: никто не отважится стрелять в священника и тех, кто рядом с ним.
— Тогда молись своему Богу крепко, мыто не шибко научены этому делу. Жизнь нас научила не на богов надеяться, а на свои руки, ноги и башку. Так что, отец святой, делай вещи за себя и за того парня! Не боись: как только надежно ляжем, сразу и отпустим тебя к твоей матушке. Ждет, небось, ужин готовит…
— Она не только меня ждет. Ребеночка тоже. Мы вместе ждем. Такие волнения ей ни к чему.
— Вот и не заставляй волноваться. Доведешь нас до тех болот, мы тебе ручку пожмем, бородку потреплем: глядишь, когда и свидимся. Коль не на этом свете, так на том обязательно. Замолвишь за нас словечко, а? Грешков-то у нас, поди, как у тебя грибов было в той корзинке, что ты в лесу собрал. Как, батюшка, отмолишь нас? Мы же теперь как родные братья. Живыми в руки не дадимся. А вдруг нас покрошат, то тебе тоже дырок наделают. То была одна судьба на троих, а как тебя встретили, то на всех поровну.
Снова у отца Игоря заныло сердце за матушку: как встретит новость, когда ей обо всем сообщат? А ведь сообщат сразу, как только узнают о побеге и исчезновении священника: прямая связь всех событий. А если не отпустят и потащат с собой еще дальше? Что тогда? В таком лесу пропасть — раз плюнуть: и заблудиться, и зверья дикого… Каждый год кто-то пропадает без вести.
Опасения оправдались. Когда они дошли до гати, отец Игорь остановился, указывая дорогу вперед:
— Дальше сами. С меня лесных прогулок хватит.
— Как это сами? — Курган подошел и ткнул кулаком отцу Игорю в живот.
— А так, — отец Игорь не испытывал перед бандитами никакого страха. — Я в тех местах ни разу не был. Поэтому вам без разницы: со мной или без меня. Все равно скоро сумерки, где-то нужно искать ночлег.
— Так мы фонарь засветим — и сразу станет светло, как днем.
— Фонарь? — отец Игорь не удержался от удивления, — Где же вы его возьмете?
— А мы тебе сейчас по бубнам врежем — вот и засветит, — рассмеялся Курган, а с ним и остальные. — Долго светить будет, даже днем. Ярче солнца!
Он замахнулся, чтобы со всей силы ударить отца Игоря, но Кирпич остановил его, уже без насмешек обращаясь к батюшке:
— А что, так-таки ни разу не был здесь?
— Не был, мне незачем врать. И вам не советую туда ходить.
— Почему же? Ведьмы, что ль, бродят по лесу? Тьфу, они же в ступах летают. Лешие? Кто? Не ментам же там быть?
— Не советую — и все…
— Это не базар. «Не советую». Раз такой умный — советуй что-то другое, не то мы тебя порешим без долгого совета. Одним выстрелом в голову. А потом кинем в это самое болото. Как? Согласен?
Отец Игорь ничего не ответил, молча повернувшись к своим захватчикам затылком.
— А теперь стреляйте.
— Гля, какой смелый! — Кирпич повернул его назад лицом. — Таких попов я еще не встречал. Разных видел: пузатых, наглых, жадных, а таких — впервые. Уважуха, святой отец, уважуха! Так что посоветуешь? В какую сторону податься?
— В обратную, — спокойно ответил отец Игорь, глядя бандитам в глаза. — Для вас это будет самое лучшее: вернуться назад и сдаться…