— Милана, заглядывай к нам ещё. Мы всегда рады гостям. — улыбчиво приглашает она к новой встрече, позабыв, что и мой язык, как бритва острый.
— Спасибо ещё раз. До свидания! — снимаю с вешалки свою куртку, забираю сапожки и выхожу в сени.
Вот и закончилась попытка номер два.
Удачная ли? Думаю, да.
Я многое узнала о Руслане, да и не только о нём. Теперь понимаю, почему он такой скрытный и язвительный — прикрывает свои слабые стороны, как умеет, как привык.
На психологический портрет я сегодня насобирала достаточно, пора отдохнуть, потом за уроки и к любимому сериальчику. Пару серий глянуть успею до отбоя. Поощрить себя за учёбу — святое дело.
— Милан, я провожу. — прилетает мне в спину, когда я уже подхожу к воротам.
— Не стоит, я знаю, как открывается эта чудо-калитка, — хмыкаю, опять вспоминая детство.
— Ты знала прошлых жильцов? — спрашивает Ромчик, чуть затормозив меня.
— Здесь жил мой лучший друг. — понуро отвечаю я, разглядывая снег под ногами.
Уже потемнело, но под светом уличного фонаря, заглядывающего во двор, снежинки переливаются, не отпуская из снежной сказки.
— Почему он переехал? — аккуратно, боясь задеть за живое, интересуется Рома.
Поднимаю на него взгляд.
Он сейчас такой трепетный и нежный, как Анастасия. Очень похож на свою понимающую маму.
Пропало шутовство и нарочитое веселье, пустозвонство и зубоскальство. Быть может, их лишь припорошило, но мне нравится и так.
Не всегда хочется быть серьёзным, ответственным.
От нас, десятиклассников, слишком многое требуют и многого ждут. А мы отчаянно сопротивляемся. Я и Рома. Ведь ещё целых полтора года впереди, не к чему зря нервничать.
Но что-то я ушла от главного:
— Потому что из-за меня получил серьёзную травму. Его родители обвинили моих, было шумно и совсем недружелюбно. В общем, у вас хороший дом. Я рада, что он наконец не пустует.
Эта тайна, о которой не знает даже Дарина. И почему-то Ромчику мне захотелось рассказать.
Быть может, эффект попутчика?
Если я правильно его раскусила, и он хоть чуть-чуть похож на меня, то умеет хранить чужие секреты, даже если об этом никто не попросит.
А если прогадала, что ж, пусть раструбят Князевы всем, мне давно уже пора пережить и эту боль.
— Когда он здесь жил, ты тоже занималась на балконе? — вдруг переводит тему Ромка, считав моё подавленное настроение.
Какой он всё-таки… одарённый! Да. И эмпатичный.
— Ага. Прибегал ругать.
— Ты всё это время хотела, чтобы он и теперь прибежал? — обескураженно бьёт в самое сердце этот странный брат-близнец моего школьного врага.
— Это невозможно. Просто любовалась своим отражением. Но теперь не буду, обещаю! — поднимаю вверх указательный палец, наставляя скорее себя.
— А можно я буду смотреть на твои тренировки? В гости приду, например, именно в это время… — включая ядрёный флирт, Ромчик делает шаг ко мне.
Он по-прежнему в футболке, и одному ему известно, почему не мерзнет зимой.
— А приходи. Но я уже заказала спортивный костюм.
— Ну во-от, обломинго, — якобы расстроившись, протягивает он, не снижая градус заигрываний.
— Он обтягивающий… — спустя секунды так же сладко отвечаю я.
И вижу, как сильнее загорается взгляд Ромы.
Не знаю, почему, но мне так хочется ему нравится. Может, не по-настоящему, игриво и непостоянно, но пылать под его восхищенным взглядом, заражаться его беспечностью.
— Он уезжает на месяц, — внезапно раздаётся от порога.
Резко оборачиваюсь и замечаю Руса.
Стоит недовольный, кислое лицо и сведённые брови. Ясно, Князь гневаться изволит. В руках держит куртку, но сам не надевает. Бросает её брату, Рома ловко ловит и накрывает плечи.
— Запиши мой номер. Можешь напроситься в гости, как приедешь, — вновь поворачиваюсь к самому адекватному из братьев.
— Диктуй, я запомню, Милан, — смеётся глазами.