А вот дальше рассказ не шел. Хаган смутился, что стало заметно по его покрасневшим ушам, торчащим из-под прядей длинных волос.
— Зачем вы пригласили меня, если у вас уже есть невеста? — Скромно разглаживая складки на плиссированной юбке, спросила я.
Хаган кашлянул в кулак из-за чего его дальнейших слов я не разобрала.
— Невесты уже нет. Кхм..у..рла.
— Умерла?! — Воскликнула я, тут же пожалев о своей невоспитанности, — Простите, приношу свои глубочайшие соболезнования.
— Да нет же, — уши Хагана запылали ещё сильнее, — сбежала она. Удрала.
— Оооо...
Я бы ответила, что отлично понимаю эту девушку, но благоразумно промолчала. Принц по цвету и без того уже напоминал помидор.
— А вы не пробовали её искать? — осторожно поинтересовалась я. — Почему вы решили найти замену?
— Потому что потерять невесту для дракона позор! — Вспыхнул Хаган, — Ты будешь временной. До ри... церемонии свадьбы, пока мы не найдем настоящую.
— А что делать мне, если вы её и через две недели не найдете? И я же на неё наверняка не похожа!
— Внешность мы тебе подправим, никто не заметит. Об остальном можешь не волноваться. Как только закончится действие договора, ты порталом вернешься в свой мир, где бы ни находилась. И если к тому времени мы не найдем принцессу, решать эту проблему будем уже без тебя.
— А как... — Заикнулась я, но рыжий перебил.
— Магия.
— Что — магия? Я даже вопрос не успела задать!
— Все — магия. Вернешься домой с помощью магии, внешность изменим с помощью магии. Даже понимание нашего языка — магия. Это все благодаря контракту, — с гордостью протянул он, — Я сам его зачаровал.
— Стоп. Так мы не на русском разговариваем? Но Иво я понимала и до подписания контракта!
— Иво и на русском может, — буркнул принц, — но здесь, естественно, разговаривают не на нем. Теперь ты понимаешь всеобщий, эльфийский, древний-первородный, а также некоторые диалекты вроде языка оборотней и орков, только воспринимаешь как родной. Я исходил из того, что на помолвке будет много иностранных гостей.
— Оооо... — Вновь протянула я.
Хаган довольно улыбнулся. Вышло у него это так задорно и радостно, что мне самой захотелось улыбнуться ему в ответ. Как этого очаровательного парня можно принять за коварного извращенца? Вот Иво похож, а этот нет!
Я так засмотрелась на рыжего, что совершенно забыла, о чем ещё хотела у него спросить. Было ведь что-то показавшееся мне странным и сомнительным, но сейчас мне казались достойными внимания лишь солнечные лучики мимических морщинок у Хагана в уголках глаз.
— В чем состоят мои обязанности? — зачарованно спросила я.
— Ничего сложного в этом нет, — спустя час просвещал Хаган, колдуя над моей внешностью, — надолго ты тут не задержишься, так что можешь не углубляться знание мира. Главное запомни, он называется Армор, королевство откуда ты, вернее, принцесса Мирель родом — Мэриланд, а твоего батюшку зовут Антуан. Не дергайся!
Принц от напряжения прикусил кончик языка. Выглядел он в этот момент очень серьёзно, делал какие-то загадочные пасы руками, и я прямо чувствовала.... Ничего я не чувствовала, честно говоря. Магия не ощущалась совсем. У меня даже появилась догадка, что он пудрит мне мозги.
Парень что-то нечленораздельно прошипел и чуть не сплюнул от досады.
— Ну я же просил!
— Прости, я думала ты магичишь, а не стрелки мне рисуешь.
— У меня плохо с магией иллюзий, чтобы получилось надежно, тебе надо замереть!
Я обиженно надула губы и застыла, стараясь даже не моргать.
Через некоторое время Хагал удовлетворённо кивнул и облизнув пересохшие губы произнес:
— Готово! Можешь посмотреть на себя.
Уф. Я выдохнула. За время его скрупулёзной работы над тонкой материей, как он это окрестил, я пыталась дышать как можно реже и сейчас испытывала острый недостаток кислорода.
Принц сложил лапки на своей широкой груди и гордо вздернул подбородок. Зверев из него ещё не выветрился и в чертах лица отчетливо проступало выражение самодовольства. “Красота требует жертв” — будто говорил он.
Ни Хаган, ни его дизайнерское альтер эго у меня доверия не вызывали, так что к большому зеркалу в золоченной раме я подходила с опаской. Ну, Марьяна-краса, посмотрим, как он тебя изуродовал. Свою внешность я и без всяких насильственных изменений любила, никогда не хотела её как-то исправить и в происходящем меня радовало лишь одно, а именно — иллюзия временная.