— Пока связь установить не удалось, товарищ Президент.
— Плохо, но постарайтесь с ними связаться. С поверхностью связь есть?
— С поверхностью связь неустойчивая, но доклады поступают.
— Коротко. Основное.
— Над крупными населёнными пунктами замечены летательные аппараты неизвестной конструкции. Это всё.
— Десант?
— Данные отсутствуют. Есть данные, что после снижения активности летательных аппаратов гражданское население значительно убавляется.
— Тела, их убили?
— Никак нет. Тела отсутствуют. Вероятнее всего, с учётом новой информации, гражданское население куда-то свозят.
— Концлагеря?
— Вероятно, но информация поступает разрозненная, редко кто выходит на связь повторно. Товарищ Президент, разрешите вопрос?
— Слушаю.
— Рассматривать, как один из вариантов, контакт с внеземными существами, если они таковыми окажутся.
— Думаете, предположение ложно? Тогда ответьте мне, товарищ министр обороны, кто, какая страна в мире может такое сотворить?.. Молчите, то-то и оно. Ответ — никто. А контакт, в вашем ведомстве есть психологи?
— Так, точно, есть.
— И как они оценивают ситуацию контакта с врагом, что без особых усилий преодолел оборону и подавил организованное сопротивление буквально за несколько дней? Вы бы, с учётом человеческой логики, пошли на контакт, когда первоочередные цели достигнуты?
— Но…
— Вариант контакта с внеземным разумом рассматривался, — перебил Президент, — но если с нашей стороны будет попытка контакта, то с большой долей вероятности они воспримут наш шаг как признание поражения. Нам нечего им предложить взамен. У нас — людей, нет козырного туза в рукаве, чтобы предъявить его, если контакт состоится. Так что, товарищи, за работу.
Экран монитора погас.
— Товарищи офицеры, указание Президента вы слышали, — взял бразды правления в свои руки начальник Генерального штаба. Разработка планов и инструкций, прерогатива его ведомства. — Первое: создаём рабочую группу. В неё входят все присутствующие. Товарищ Шевцов…
— Даю добро.
— Второе, — продолжал Жариков, — собрать всю поступившую информацию с первого часа вторжения по текущее время. Проанализировать её с учётом открывшихся обстоятельств. Третье: товарищ заместитель министра. Связь. Нам нужна связь с уцелевшими частями, а ещё лучше с руководством сопредельных государств. Не думаю, что в свете открывшихся обстоятельств они откажутся от совместных действий.
— Я понял, — ответил замминистра, курирующий Главное управление связи.
— Четвёртое: установить контакт с гражданским населением. Выяснить, где, с какой целью противник концентрирует мирное население. Разведка, это по вашей части.
— Принято, — ответил замминистра, курирующий разведывательное управление.
— Пятое, и самое важное, проработать сценарий развития дальнейших событий. Аналитическая служба, это по вашей части. Проработайте сценарии от идеального, в том положении, что мы оказались, до… ну сами понимаете.
— Принято, — ответил генерал, руководитель аналитического управления.
— Это основное. Потом, по ходу получения и обработки информации, мероприятия скорректируем. За работу, товарищи.
Без суеты, погружённые в свои мысли генералы покинули малый зал связи. В помещении остались только начальник Генерального штаба и министр обороны.
— Виктор Семёнович, — выдержав непродолжительную паузу, обратился Шевцов, — ваше мнение?
Жариков откинулся на спинку стула, пристально посмотрел на министра. Вопрос не поставил его в тупик, но заставил задуматься ещё раз.
— Не хочу отвечать вопросом на вопрос, но, Станислав Юрьевич, ответьте мне, чем последние три-пять лет занималось Министерство обороны?
Вопрос был животрепещущим, и Шевцов не спешил на него отвечать.
— Помните аналитические записки, докладные, что я подавал, как только вас назначили? — продолжал Жариков.
Министр кивнул.
— За последние годы орбитальная группировка с пяти тысяч спутников различного назначения сократилась до трёхсот, — продолжал бить не в бровь, а в глаз начальник Генерального штаба. Он, как никто другой обладал полной картиной, что происходит в вооружённых силах страны. Министр — не сказать, что номинальное лицо, но скорее выполняет представительские функции, по крайней мере, в настоящее время. И назначают его под конкретные задачи. А после жёсткого, превентивного удара по террористам, поднялась волна и начались политические игры, что привели к сокращению финансирования армии. Как же, говорили политики со всех сторон, особенно из-за океана. Врагов больше нет. Мы теперь дружим «семьями», некого бояться. Давайте, покажите пример, разоружайтесь и мы вслед за вами. На высоком уровне договорились, подписали меморандумы, соглашения и пошло планомерное сокращение. — А силы быстрого реагирования? А сколько военных вузов сократили, объединили?..