— Командир, это просто бомба! — подойдя ко мне и очень тихо на английском заговорил темнокожий американец, — я, как только подошёл к двери, думал дождёмся вас и потом откроем, а она сама отворилась. Заглянули внутрь…
— Я тебя понял. Иди вперёд и показывай маршрут, — прервал его, так как поблизости появился наш пленный контрабандист и он мог услышать незнакомую речь. Я сомневался, что он что-то заподозрит, всё-таки станция большая и мало ли на каком языке здесь ещё разговаривают, да и не военный он, обращать внимание на такие мелочи, и вдобавок не в том сейчас состоянии, чтобы здраво соображать, но мало ли.
За долгих двадцать минут торопливого спуска мы оказались на площадке, где располагается выход на уровень. Нам предстояло спуститься ещё на пять уровней ниже, но планы поменялись. И сейчас мы нестройной колонной по два, шли по извилистому широкому коридору. Впереди, на расстоянии, чтобы не терять из виду, авангард из двух бойцов, что указывают дорогу, я — в ядре колонны, а захваченного контрабандиста отрядили в арьергард под присмотр боевой пары.
«Что-то долго плутаем», — подумал, когда по моим ощущениям прошли не менее полукилометра. По пути нам встречались местные обитатели, но видя вооружённых солдат они заблаговременно прижимались к стене, благо ширина коридора позволяла. Вот только так долго продолжаться не может, нам рано или поздно встретится, или патруль, или тот, кто заинтересуется, почему на уровне, где только гражданские расхаживают военные в полном боевом снаряжение и с непонятными знаками различия. Ведь у нас сборная солянка. Кто-то надел на себя форму подразделения охраны РКП, кто-то облачён в форму дежурного и для опытного глаза это несоответствие могло насторожить. В тот раз, когда встретили дозор возле гермодвери нам повезло. Но сейчас… на ходу я углубился в изучение коммуникатора. Выходило, что мы действительно попали на жилой уровень, в сектор, где проживают… Вдруг экран коммуникатора мигнул и на нём отобразилась чьё-то лицо. Я ничего не успел предпринять, не успел отвести от себя коммуникатор или прикрыть его рукой, как экран вновь сменил отображение, вернув обратно карту-схему.
«Быстро!», — подал сигнал и сам поспешил в авангард. С молодым контрабандистом, чей коммуникатор я держал в руках кто-то пытался связаться, но увидев незнакомую рожу в моём лице, да в военной форме отключился, а значит его стали искать и необходимо ускориться. Ведь коммуникатор можно отследить. Не знаю, кто пытался выйти на связь, может кто из родственников, а может и те страждущие, кому они несли, но так и не донесли свой груз. И какие у них возможности, проверять не хотелось.
Авангард догнал быстро. Они всего лишь на пять-десять метров от нас шли впереди, но заметил, что и они замедлили ход и остановились.
— Командир, там через поворот большое помещение, не пойму какое, но нам через него надо пройти, — тихо доложил Уолес.
— Идём, — ответил, всмотревшись в коммуникатор. И, обернувшись, подал сигнал «Внимание!».
«Помещение впереди действительно немалое, но на технический ангар не похоже. Это как большой холл, а вот дальше, за следующим поворотом, как раз и находилась площадка, где располагались флипты, куда нам и надо», — сделал вывод из изучения карты-схемы.
Я остался в авангарде и когда вышли из-за поворота, ускорил шаг, чтобы как можно быстрее пройти опасный участок. А помещение и вправду оказалось огромное, даже больше, чем виденный ранее ангар, но вот предназначение его угадывалось сразу и это не ремонтная база, а тем более не лётная палуба, но аборигенов тут оказалось столько, что непроизвольно замедлил ход.
Низкие со стульями столы, столы высокие без оных, стояли ровными рядами, а вдоль стен аппараты, и возле них гражданские. Заметил, что кто-то принял поднос от аппарата и уселся за свободное место, кто-то отошёл к высокому столу, установил поднос и принялся торопливо поглощать пищу.
«Столовая», — понял я и, не оборачиваясь, подал жестом сигнал «Ускориться!».
Пока на нас мало кто обращал внимания, но наша процессия только входила в зал для приёма пищи, а преодолеть предстоит ещё не менее двухсот метров. И в этом открытом помещении столько гражданских, что боезапаса не хватит всех положить — массой задавят, если кинутся. Большинство, конечно, если что случится непредвиденное залягут и попытаются слиться с окружающей обстановкой, но даже и десятой части тех, кто здесь находится на нашу малочисленную группу будет с избытком. А если уж толпа пойдёт, повинуясь звериным законам, то её не остановить. Не зря существует специальный предмет «Психология толпы», краткий курс которого приходилось изучать в военном ВУЗе. Но это в прошлом, а если учесть, что перед нами инопланетяне, с неизвестным социальным устройством, неизвестной психологией, то не исключено, что сам факт появления военных на этом уровне не воспримут адекватно.