– Тут у вас с четверть фунта!
– Мы не взвешивали пока – примета плохая. Первые дни много лучше шло золотишко, но и сейчас грех жаловаться. Чуток выше по ручью, наверно, двинемся, там больше будет.
– Вы промывку неправильно ведете. Считай, половину золота обратно в ручей бросаете.
– Оно, наверное, так. Мы люди военные, горному делу неученые. Однако нам хватает. Мы гору срывать не будем, нам урвать кусочек, чтобы на дом хватило, и ладно. Сразу уйдем, барона дразнить не будем.
– А сколько вам надо, чтобы уйти? Если мы в нескольких местах пробы возьмем и сочтем место достойным.
– Ну, даже не знаю… Дукатов по двадцать на нос?
– Ты че, старшой! По двадцать пять!
– По десять каждому дадим. И вы сразу уходите.
– Маловато будет.
– Нормально. Я гонца за деньгами пошлю, но вы намытый песок мне отдадите.
– Деньги вперед!
Доклад
Завал в проходе к залу разбирать не стал. Мне государь приказал докладывать ему лично о малейшем продвижении в поисках, только наедине, причем самому ничего не трогать. Вот и доложу, что ощутил присутствие бестелесной твари, подобной той, которую сложил на месте ритуала. Вскрою проход при данном его величеством контролере, а дальше как получится. Тень, наверное, сразу развоплощать придется. Чтобы чего лишнего про книгу не наболтала. Я вроде ничего не знаю, вот и пусть так остается.
Ошибся… Доклад его милость принял с удовольствием, а вот вскрывать проход не велел, сказал:
– Ты, братец, не обижайся, но огневики под землей слабоваты. Лучше я земляного волшебника пошлю, а с ним экспертов из охранителей.
– Как прикажете, ваша милость.
– Не споришь? Молодец! Я свои резоны имею, тебе их пока не скажу.
– Так точно, ваша милость.
– Самому-то туда хочется?
– Любопытно, ваша милость. Но так… в меру.
– В другой раз, молодец. Любопытствовать и надо в меру. Иначе можешь такое узнать, что сам рад не будешь. Как эксперты закончат дело, разрешу сходить, тогда посмотришь. Ты знаешь, я ведь очень рад, что ошибся. Думал, несколько недель под землей лазить будешь, а ты вон как все организовал. Поди и список отличившихся приготовил?
– Признаться, да, ваша милость. Налоговики его себе потребовали, так я приказал мне тоже копию сделать.
– И третий раз молодец! Помнишь разговор, когда мы тебя с Тораном на должность ставили? Ты еще отнекивался, говорил – не справлюсь.
– Так точно, ваша милость, помню.
– И кто прав был? То-то! Ты почему полицейских на поиск поставил?
– Ваша милость, они местные дела лучше знают…
– И дела лучше знают, и осведомители есть, и просто больше их. А что им там про секретный фонд говорил? Соврал? Сотню золотом из своих дал, а?
– Соврал, но только частично, ваша милость. Вы изволили шкатулку с монетами подарить. Так я решил часть пустить на ускорение поисков.
– Не пожадничал, значит.
– Ваша милость, у меня перед глазами наглядный пример щедрости…
– Молчи уж, медоуст! Что я могу себе позволить, тебе разорением будет. Возместят расход. Раз дело сделал да быстро, возместят. Вдвое прикажу выдать.
– Премного благодарен, ваша милость. Если позволите, не подо мною они, но старались очень…
– Это ты про список? Показывай.
– Извольте, ваша милость.
– Кто особо отличился?
– Третий номер. Картограф из Городской управы. Не полицейский, сложения субтильного, однако сам в катакомбы во внеслужебное время ходит, карты составляет.
– Дело! По чину кто?
– Кабинетный регистратор, ваша милость. Ему бы повышение в чине да пару подчиненных для обследования подземелий. А то вдвоем с сыном-гимназистом ходит.
– Оно можно и даже полезно. Эй! Кто там! Всех в списке наградить сообразно исполняемой службе. Третьему нумеру добавить следующий чин, произвести в столоначальники с двумя подчиненными. И сыну его, гимназисту, придумайте что-нибудь. Тихого впишите главным. Ему за разработку и проведение операции «Бронзовый щит» дайте.
«Бронзовый щит» – самый первый орден штаб-офицеров. Дается только за штабную работу. Командующие людьми в бою не награждаются, на то имеются другие ордена, зато есть у любого паркетного шаркуна-генштабиста. Типа, и я из штаба. Не сказать чтобы сильно почетный, в нашем мире стоял бы чуть выше знака общества Анонимных Алкоголиков «Уже месяц как сухой».