Геральдический комитет в полном составе решил отказать в просьбе и исключить рассматриваемую особу из дворянского реестра. Старый граф Заозерский полностью согласился с этим вердиктом. Его величество не стал сомневаться в верности суждений столь компетентных людей и утвердил решение.
Когда мы вышли из кабинета, я спросил главного комитетчика о гербе. Меня с удовольствием просветили, что глаз с тремя белыми зрачками треугольником в центре черного круга являлся гербом рода волшебников Мхотепов, правивших нашими землями при третьей династии. А земли тогда являлись провинцией огромной империи. В результате ряда войн и восстаний империя распалась, соответственно ряд провинций отделился от метрополии. Случилось это чуть больше девятисот лет назад. Из-за потрясений письменных источников о том времени сохранилось мало. Честно говоря, тогда наши земли были самым что ни на есть захолустьем. Однако город, порт и крепость уже стояли на этом месте годков не менее трехсот.
Поблагодарил знатока за консультацию, а тот заметил, что история интереснейшая штука и, раз я интересуюсь, он мне пришлет прелюбопытнейшую книжицу про эту династию.
Дальше пошла обычная дворцовая текучка. Лишь после обеда доложили, что сифон обследован. Из него вынесли несколько пудов металлических предметов разной степени давности. И это действительно заброшенный коллектор, и он действительно выведен в море. Во время прилива и отлива у входа иногда слышится шум волн. Мальчик оказался прав – за счет искажения акустики похоже, что внутри прохода кто-то топает.
С логовом чернокнижников разобрались, когда церковники прознали о найденном зале, попросились внутрь и их пустили. Они сразу провели обряд и вычистили всю скверну. Поздно, правда, надо их было раньше туда пустить. Оказалось, что все эксперты во главе с Бертиосом попали под неприятное проклятие. Какое, пока не понятно, как и что с ними случится дальше. Может, и ничего такого, но белки глаз у людей уже стали черными.
Глава 7
Роза
Дела разные
В свою башню мне удалось попасть только в воскресенье. Вся неделя была суматошная. Не то что навалилось много дел, их всегда много, случилось огромное количество разных событий.
Во вторник стало известно, что все эксперты, побывавшие в зале и получившие проклятие, утром не проснулись. Умерли во сне. А вот Бертиос ничего – и проснулся нормально, и белки глаз очистились. Что странно, волшебник, первым подошедший к пирамидке, сильно ранен, однако не проклят. Охранители, караулившие проход, вытаскивавшие пострадавших и изъятые улики, тоже нормально себя чувствуют. А вот эксперты все скончались. В чем дело? Что они такое сделали или увидели? Почему проклятие на магистра не подействовало, понятно. У него и собственная защита посильнее, чем у простецов, наверное, и дополнительно наложил на себя что-то. Однако у охранителей сомнения появились.
Ко мне пришел Никол Огинский и стал выспрашивать, какое проклятие могло так проявиться. Сознался, что не в курсе, ничего о таком не слышал. Главное, не понятно, зачем помечать проклятых чернотой глаз. Никол вздохнул и заметил, что никто про такое не слышал и никто не понимает смысл черной метки. А охранители говорили с опытными людьми, не чета мне.
Еще он не то предложил, не то попросил поговорить с вдовой графиней Критой Вулфстейн. А если она мне понравится, то и принять ее на службу. Кем? Личным секретарем. Будет у меня такая парадно-представительная дама. Понятно, зачем ей все это. Жалованье, покровитель, жизнь в столице, возможность войти в некоторые престижные салоны. Если подумать, можно и много других резонов найти. Но Огинский по-родственному попытался растолковать, почему это нужно мне.
С точки зрения света, покровительство молодой, симпатичной, небогатой вдовой графине будет прилично с моей стороны, особенно до появления жены. Желательно не слишком афишировать бастарда, если таковой случится, но хорошее поместье ему и его матери выделить будет достойным делом. Графиня может принимать раз в неделю или в две, а также сама получать приглашения в салоны. Во время светского разговора дамы могут делиться своими заботами. Просто так, как женщина с женщиной, как подруга с подругой. Ведь нужды есть у многих, но далеко не все вхожи к ее величеству или к ее светлости. Обратиться напрямую ко мне тоже мало кто решится. Действовать через мужа? Рассказать ему о своих… э-э-э… Словом, не на всех своих недостатках стоит заострять внимание мужа. А знать ему о появившемся друге стоит еще меньше.
А вот если женщина попросит приятельницу поговорить с ее начальником, у которого та служит секретарем, это нормально и прилично. Опять же, заехать в гости к подруге, например, обсудить фасон платья всегда можно. Что там, конечно, случайно, окажусь я, никого не удивит. Затем дама, решив свои проблемы, уедет домой, оставив какую-нибудь благодарность. Не мне! Просто оставит. И не за лечение, а так – в знак внимания. С точки зрения света, все приличия будут соблюдены полностью. Крите хорошо, она при деле, общается в обществе, заводит связи. А я, кроме благодарности, получаю практику и обязанных мне пациентов.