Присутствовал при выходе государя. Приказов он не дал, поэтому пошел к себе в кабинет, но заняться делами не дали – меня затребовала к себе на прием государыня.
Служительница провожает в розарий Желтого дворца на закрытую веранду, и там я сразу понимаю, что это коварный заговор. Рядом с ее величеством сидит моя мама, а как вы думаете, кто стоит рядом? Терезочка! А сбоку на диванчике притулились ее мама и Неста. Главное, все так хитренько улыбаются. После приветствия Мариана мне с улыбкой говорит:
– Стах, у тебя так много дел на службе, ты даже не можешь вырваться в кафе на чашку кофею. Потому я тебя и позвала. Девочка тебе хочет сказать что-то важное. Погуляй с ней по саду, а мы пока поговорим о своем, о женском.
Делать нечего, формально кланяюсь в ответ и отправляюсь ходить с девочкой по аллее.
– Стах, я хочу сказать что-то очень важное. Только боюсь, осталось мало времени на подготовку.
Тереза замолчала, явно ожидая моей реакции. Показываю, что внимательно слушаю, но не проявляю сильного интереса. Зачем? Если захочет, сама все расскажет, а нет – зачем тогда добивалась разговора? Не дождавшись ответа, девочка недовольно нахмурилась и сказала:
– Тетя Неста скоро перестанет быть главой Гильдии, я видела это. Еще видела, как она говорила с папой, что если наш род с союзниками и родственники Тихого объединятся, а король поддержит коалицию, то Стах наверняка станет новым Верховным. Но чтобы его поддержать, нужно договориться о свадьбе, присоединении рода Тихих к Ранбрандам в качестве малой ветви и должности в Гильдии для тети.
– Спасибо, Тереза. Я тебя услышал и очень серьезно обдумаю твои слова.
– Стах! Ведь так все хорошо складывается! Ты будешь Верховным, мы поженимся, и у нас родится четверо детей. Соглашайся, ладно?
– Тереза, я ничего не могу обещать. Кроме того, еще ничего не случилось. А может, и не случится.
– Случится! Я ясно видела разговор. А папа с мамочкой часто обсуждают дела за обедом. Они говорят, что тетя Неста плохой политик и настроила многих магистров против себя. Папе ты нравишься. Маме тоже, но ей не хочется объясняться с тобой по поводу летнего разрыва.
– Да я и не прошу объяснений. И так все понятно – тебя отдали за голоса в пользу Несты.
– Да! А мне, чтобы согласилась, подарили Царапку. Киску. Такая миленькая! Она стала моим фамильяром. Правда, удачно вышло? Жених умер, а котенок мне остался.
Что-то напрягает меня эта детская непосредственность. Действительно удачно – и жених умер, и кошка осталась. Только вот мне от этих слов как-то грустно стало.
– Стах, ты не будешь ругаться, если я признаюсь?
– В чем?
– Пока не скажешь, что не обидишься, не скажу.
– Ладно, не обижусь и не буду ругаться.
– Когда ты подходил, я на тебя посмотрела. Понимаешь? Посмотрела!
– И что увидела?
– Я никому не сказала, честное слово… Стах, ты – архимаг. У тебя аура ярче тетиной.
– Спасибо за комплимент, но ты ошибаешься. Это ауры моего амулета и перстня.
– Пусть я пока еще маленькая, но давно уже не глупышка. Амулет светит Жизнью, перстень – Защитой и Колдовством, а ты сияешь ярче их. Не говори, если не хочешь, только твою ауру любой волшебник сразу распознает.
– Я ни разу не творил заклинания девятого круга.
– Да? Как-нибудь попробуй.
Мы оба задумались, каждый о своем, походили еще пару минут, а затем вернулись на веранду.
Королева еще на четверть часа задержала меня разговором ни о чем, затем отпустила. Мама успела шепнуть, что у нее все в порядке, чувствует себя неплохо, а ее величество подарила ей очень покойную карету. Едешь, как по спокойной воде плывешь, совсем не трясет.
Рассказ маленькой Терезочки я передал Симону. Он же у нас гильдейский политик, ему о таком знать необходимо. Задумался человек, призвал Салу и Фину на совещание, попросил для них повторить известие. Посовещавшись, они решили, что Неста точно долго не усидит на месте Верховной. При ней все переругались, нет общей цели для всех гильдейских, даже новый регламент завис. А ведь вот-вот грядет общее собрание. Сколько его откладывать можно! Там могут и назначить выборы нового главы. Главный вопрос – кого? И тут все дружно посмотрели на меня.
– Что вы на меня смотрите? – Я сразу напрягся. – Новым Верховным мне не быть. Молодой еще. Даже если и выберут, то буду сидеть только для декорации. Вы на кого другого смотрите. Вон на Симона, например. Возрастом подходящий. Как дела вести, знает. Государю известный, характером годный. Он у него как печатный пряник – крепкий, хоть гвозди на нем распрямляй.