— И что дальше? — задала вопрос девушка и уточнила: — Ты же не справишься!
Мы как раз зашли в холл душевой, следом за которым прослеживается большой зал, разделенный стеклянными перегородками из непрозрачного стекла. В каждом отсеке находится прикрепленная к стене душевая лейка. Пол из мраморных плит, как и стены, под потолком светится несколько тусклых ламп. В общем, ничего необычного, такие душевые встречал в своей прошлой жизни много раз. Какие-то были лучше оборудованы, другие хуже, но, в общем и целом, не удивлен.
— Но и ты не поможешь, — чуть пожал плечами, впервые рассматривая себя в зеркало, висящее на стене.
Светлые волосы непривычно длинные, Настя отказывается меня стричь, а больничного цирюльника или стригуна, как того называют, не желает приглашать. Ссылалась на то, что у него руки не из того места растут. Он такую прическу сделает, что легче волосы сбрить. В ее словах есть правда, видел в коридоре двух молоденьких, судя по всему, солдат в больничной пижаме, на головы которых без слез не взглянешь. Их волосы кто-то так обкорнал, что бедолагам предстоит раскошелиться на нормального парикмахера, когда их из госпиталя выпишут. Впрочем, это не мои проблемы. Продолжил себя изучать, находя отдаленные знакомые черты, как из своей молодости в другом мире. Лицо имеет правильные формы, я бы сказал в меру приятное и симпатичное. Губы средние, нос не картошкой и не как у орла, нормальный нос! Глаза карие, в которых нет-нет, да блеснут темно-голубые искры. Или насчет искр мне кажется? Ну, креститься не собираюсь, хотя и пытаюсь не забывать это делать. Рост тоже не подкачал, но его уже оценивал, и он для меня не секрет. Пропорции тела хорошие, но все же немного тощ, хотя и успел набрать пару килограмм.
— Тогда идем обратно? — отвлекла меня от созерцания своего отражения девушка.
— Нет, — покачал головой, — душ приму и это не обсуждается. Довольно меня марлей обтирать!
— Михаил, ты никак смущаешься! — сдерживая улыбку, сказала девушка. — Уж прости, но видела все твое достоинство не раз и даже в руках его держала.
— Стыда у вас, барышня, нет, — покосился я на Настю, — говорите непотребства и при этом не согласились с естественной мужской нуждой помочь.
— Ой, да как такое возможно, — всплеснула руками та, — не имею такого права, чтобы ваши драгоценные силы растрачивать, — она шутливо толкнула меня в плечо, но потом уже серьезно произнесла: — Михаил, тебе всплеск таких эмоций повредит и ослабит. Или об этом господин Ботвинов не говорил?
— Думаю, он больше о тебе беспокоится, — хмыкнул я, расстегивая пижаму и оглядываясь. — Слушай, а что насчет полотенец, мыльных принадлежностей и чистого комплекта белья?
— Ну ты и упрямый, — покачала головой девушка. — Ладно, подожди, сейчас принесу.
Пока я раздевался, а эта процедура происходила медленно, Анастасия два раза куда-то сбегала и успела с кастеляншей поругаться. Та ей не желала выдавать еще одну пижаму, мол и так уже перерасход на одного раненого, пусть и героя, получившего орден.
Стоя под струями воды и смывая с себя последствия ранения я вдруг ощутил, где-то в районе солнечного сплетения, этакий комочек, от которого исходило тепло и уверенность. Неужели дар стал проявляться? Мысленно к нему потянулся, но тот, словно испуганный щенок, вдруг замер и насторожился.
— Будем дружить и вместе жить, — успокаивающим голосом произнес я, не зная, слышит ли меня кто-то или нет.
В ответ тишина, а через пару секунд вновь появилась теплота.
— Мне бы силу в мышцы, координацию улучшить, а то калекой себя ощущаю, — уже мысленно обратился к дару и попросил: — Если можешь — помоги.
Какое-то неуверенное шевеление и вдруг сердечный ритм усилился, кровь к лицу прилила, по венам запульсировала.
— Потише, а то так недолго и инфаркт схлопотать, — поспешно сказал я.
А комочек затих, неожиданно осознал, что тот отдал почти все свои силы. Это дар, бесспорно, но он слабый или в зачаточном состоянии, как и предполагал Аристарх Георгиевич. Он меня еще предупреждал, что чрезмерное использование полученных способностей всегда ведет к упадку сил, а то состояние, когда избранный способен горы свернуть, дается на определенное время. Насколько хватит помощи комочка, задался вопросом, став его про себя так называть.
— Вот и узнаю, — усмехнулся и поспешил закончить с водными процедурами.
К поджидающей Насте вышел уверенным шагом, улыбаясь и ощущая давно забытое состояние, когда ничего не болит и хоть сейчас готов пробежать стометровку.
— Ты в порядке? — настороженно спросила девушка.