— Не двигайся и не дергайся, — навел я револьвер на мужика в модном костюме.
Господину лет тридцать, он спиной в стену врезался и теперь сидит, баюкая ногу. В глазах врага нескрываемая злоба и боль. Как только держится? Штанина-то вся в крови! Это какой же у меня мощный удар оказался, раз такие увечья нанес? Не иначе, как дар проявился.
— Простите, недоразумение вышло, — вдруг улыбнулся раненый и впился взглядом в мои глаза. — Думал тут моя подруга с полюбовником мне изменяет, решил убить мерзавца, но вижу, что ошибся. Поручик, уберите револьвер, вам ничего не угрожает. Поймите, в жизни чего только не случается, поэтому вы меня не казните, а отпустите с миром. Уже получил по заслугам и считаю, что мы квиты. Согласны?
Его голос обволакивает, хочется улыбнуться и посчитать врага своим лучшим другом, защищать его и оберегать. Но наваждению не поддаюсь, мозг подмечает все детали. На лице врага улыбка мелькнула, он уже торжествует победу, не понимая, что давно проиграл. Что-то продолжает говорить и в мою сторону идут ощутимые волны какой-то энергии. Их принимаю и даже впитываю, решив, что они моему дару пригодятся. Это же дармовая сила, почему бы ее не прикарманить. А методика, которую применяет несостоявшийся убийца очень интересная. С такой никогда не сталкивался, хотя против различного воздействия на мозг и чувства проходил спецподготовку. К гипнозу невосприимчив, волновые воздействия умею блокировать, даже некоторые психотропные вещества на меня не оказывают действие. Конечно, с последними бороться практически невозможно, какой только гадости не придумано, а еще всегда можно увеличить дозировку. Правда, это происходило в другом мире и как на аналогичное отреагирую сейчас уже вопрос. Но в этом мире другие методики. Эта и вовсе странная. Стоит сосредоточиться и прекрасно вижу, как от врага в мою сторону направляется два потока похожего на хлопья тумана.
— Поручик, это вас наградили орденом? — задает вопрос мой противник.
— Да, — коротко отвечаю и с интересом жду, что последует дальше.
Удивительно, убийца словно забыл, что у него раздроблена коленная чашечка. А ведь кровь продолжает идти, этак он от ее потери умрет. Про боль я не говорю, он мог отключить чувствительность и ее не ощущает. Но насколько хватит его запаса дара?
— Что ж, это хорошо, долг командиру отдам, — скалится враг и приказывает: — Поручик, приложите ствол револьвера к своему виску и нажмите спусковой крючок.
— С чего бы мне стреляться? — усмехаюсь и интуитивно захватываю продолжающие ко мне идти потоки тумана и начинаю их втягивать в свой комок в солнечном сплетении.
Надо отдать должное, убийца мгновенно все понял, его зрачки расширились, лицо перекосило от ненависти, правую руку он лихорадочно в карман запустил и выхватил укороченный револьвер типа «Бульдог». Хорошая вещица, мне пригодится! Я чуть вперед наклонился, схватил противника за запястье руки, в которой он сжимал оружие, а носком сапога несильно пнул по разбитому колену врага. Жестоко? Нет, это способ вернуть с небес на землю того, кто возомнил о себе невесть что.
— Поручик, ты уже все равно труп, — процедил мой враг.
— Только после вас, — хмыкнул я, отбирая револьвер. — Как меня отыскал? — спросил, но ответа не успел получить.
В палату вбежал солдат, передернул затвор и выстрелил, при том так удачно, точно в лоб пулю убийце пустил.
— Ты что наделал⁈ — вскочил я на ноги и обернулся к запыхавшемуся солдату.
У того руки ходуном ходят, глаза испуганные и пустые. Он совсем молоденький, едва ли восемнадцать лет исполнилось.
— Так это, ваше благородие, сказали, что вас убивают, — сглотнув, произнес солдатик, а потом его взгляд устремился к ничком лежащему убийце, вокруг головы которого кровь. — Ой, — парень приложил ко рту ладонь, стараясь сдержать позыв рвоты.
— Что тут? — появился подпоручик, отвечающий за охрану госпиталя.
Мы с ним пару раз мельком сталкивались, но так и не познакомились.
— Немецкий офицер проник и хотел со мной счеты свести, — коротко сказал я. — Жаль не успел его допросить.
Удивительно, но происшествием особо никто не заинтересовался. Солдата, у которого сдали нервы, винить нельзя, он действовал согласно уставу. А то, что не разобрался в ситуации, так это из-за нехватки опыта. Большинство на его месте так же себя повели. Обыск врага, как я и предполагал, ничего не выявил. У него не оказалось никаких документов и странных предметов. Не обнаружили и амулета, который достался мне от немецкого генерала. Небольшая сумма денег, нож и коробка патронов к Бульдогу. Их я приватизировал, объявив подпоручику, что это мой трофей. Господин Ботвинов распорядился, чтобы немецкого офицера отнесли в морг и указали, что это неизвестный вражеский солдат, случайно оказавшийся в госпитале и скончавшийся от ранений. Аристарх Георгиевич обещал сообщить о происшествии в контрразведку и жандармерию, но там этим происшествием вряд ли заинтересуются и будут что-то расследовать. По факту получилось, что враг отправил лазутчика, который должен был отомстить за своего командира. Не получилось и его пристрелили, на этом дело закрывается. Примерно так это представил, поставив себя на место следователя, к которому попадет донесение из госпиталя. Зато вместо часа в госпитале, я проторчал в нем до полуночи, пока все эти вопросы разрешились.