Мы вернулись в купе, так никого из пассажиров своего вагона и не встретив. Девушка вновь принялась изучать медицинский справочник, а я прикрыл глаза и погрузился в свой дар. Ну, как погрузился? Принялся медитировать, а в голове крутятся мысли, чтобы такое придумать и быстро сколотить капитал. Пускаться в аферы нет желания. Схем-то много, о которых тут не подозревают, однако, кто-то да останется в убытке. Нет, необходимо что-то такое, которое молниеносно завладеет вниманием и эту вещь захотят купить. Следовательно, она должна стоить недорого для большинства населения. Но что это? Прямо злость берет, что не получается найти ответ на такой вопрос. Незаметно для себя погрузился в некое подобие транса. Вновь увидел полосы своих способностей и даже почувствовал, как ими управлять. Достаточно отдать команду и контролировать дар, тогда он себя проявит.
— А давай-ка проверим мою спутницу, — мысленно сказал себе. — Какой у нее дар и есть ли он?
Информационно-диагностический поток устремился к сидящей и ничего не подозревающей девушки. Удивился, обнаружив, что Настя обладает даром к организационным вопросам, а целебные умения у нее минимальные. Сумеет ли последние развить? Сомнительно! В отличие от моего комочка, у госпожи Исаевой один выраженный поток. И как ей об этом сказать и стоит ли разрушать мечту? Если выучится в медицинском институте, то неплохим врачом станет, в этом уверен. Однако, до господина Ботвинова не дорастет. Ладно, об этом пока промолчу, предложить ей все равно нечего. А так бы могла мне помочь бизнес наладить.
— Михаил Юрьевич, почему ты так пристально на меня смотришь? — задала вопрос Настя.
— Любуюсь твоей красотой, — ответил ей и поинтересовался: — Скажи, а чем бы ты хотела заниматься, кроме медицины? Не верю, что нет других желаний.
— Даже не знаю, — серьезно отнеслась к моему вопросу девушка. — В армию бы точно не пошла, если только сестрой милосердия. Иногда хочется взять и изменить тот или иной порядок, чтобы дело шло быстрее и эффективнее. В госпитале пара моих предложений прошла, Аристарх Георгиевич поддержал, и стало заметно лучше.
— Понятно, — кивнул ей, но продолжать не стал, ход поезда заметно снизился, а потом он и вовсе остановился.
Мы оказались на какой-то станции небольшой, на запасных путях. Я не поленился и дошел до купе проводника. Яков сообщил, что остановка техническая, будет длиться где-то час и если желаем, то можем прогуляться.
— Уволь, нет желания от поезда отстать, — отрицательно отмахнулся я.
— И это правильно, — поддержал меня тот, — отставших пассажиров никто не ждет. Не успели к отправлению — их вина, но если кондуктор объявил остановку на час, то минимум столько и простоим.
— А максимум? — нахмурился я.
— Сие неизвестно, — ответил Яков.
Действительно, в путь двинулись через два часа. К этому времени уже полноценно заработал вагон-ресторан, куда мы с Настей вновь направились. В отличие от первого посещения, большинство столиков оказалось занято. Мы расположились и принялись незаметно оглядывать своих попутчиков. Те делали тоже самое, при этом кто-то интереса не пытался высказать, но некоторые открыто нас оценивали. У дальнего столика расположилась молодая дама, на которой украшений на внушительную сумму, а шею обвивает соболиная накидка. Рядом с ней находится пожилой господин, начинающий лысеть и свысока поглядывая на Настю. Меня он словно не заметил. Напротив них ужинает пожилая и худая на вид, но элегантная и суровая, дама, которая что-то строго высказывает парню лет пятнадцати. Еще, в вагоне-ресторане ужинает среднего возраста господин со своим помощником. Оба хмурые и чем-то озабочены. Думаю, господин занимает высокий чин, он все время поглядывает в сторону папки с бумагами и явно желает поработать с документами. Кавалерийский полковник все пытается отказаться от ухаживаний, не иначе, супруги, подкладывающей ему еду из своей тарелки. А вот двое среднего возраста мужчин мне не понравились. Одеты неплохо, но при виде моей спутницы у них возникли сальные улыбки, и они стали между собой оживленно перешептываться, не забывая поглядывать в нашу сторону.
— Как-то тут неуютно, днем было лучше, — чуть слышно сказала Анастасия и поежилась.
— Держись гордо и независимо, — посоветовал я. — Раз мы сумели заплатить за билеты, то пусть считают, что достойны путешествовать в их компании. А кто не согласен, пусть идет в пешее путешествие.