— Когда успели-то? Его же не осматривали даже при мне! А из палаты я не отлучалась.
— А кто сказал, что избранные способны только воевать? — задал ей вопрос доктор. — Вспомните на чем в основном специализировались те, за кем в древности охотились.
Ну, это не секрет, ведьм и колдунов, наводящих порчу народ не любил, зачастую их дома жег, а над самим расправлялся, забыв, скольких они вылечили людей. У Анастасии даже подозрение насчет ее собеседника имелось, что и тот каким-то чудесным образом безнадежно раненых спасает. Но ведь он хирург с золотыми руками, не раз ему ассистировала и видела, с каким трудом дается спасать жизни.
— Никому ничего не скажу, — твердо заявила старшая сестра милосердия, а потом сразу же уточнила: — А как с настоятелем церкви поступать? Батюшка-то, почитай, каждый день в госпиталь захаживает. Кому-то грехи отпускает, за других молится и еще отпевать умерших успевает.
— Отец Никанор? — потер подбородок доктор, но потом уверенно продолжил: — Его нет нужды опасаться, он на своем веку чудес немало повидал. Ладно, пойду, а вас, голубушка, оставляю за поручиком приглядывать. Постарайтесь к нему никого не пускать. Он либо в ближайшее время очнется, либо покинет нас навсегда. Потерпите пару суток, очень прошу.
— Хорошо, — кивнула старшая сестра милосердия и уточнила: — А какие процедуры назначите?
— Бинты снимите, мышцы ему разминайте, а лекарства в этом случае не помогут. Ну, или о таких мне неизвестно.
На этом доктор ушел, напоследок посоветовав ночевать девушке в палате. И что странно, Аристарх Георгиевич не распознал того, что поручик давно уже не находится без сознания, но очень искусно это скрывал. У него не изменилось дыхание, он не шевельнул пальцем, не застонал и даже сердечный ритм все такой же. Правда, пару раз сердце забилось у поручика сильнее. Сам же Михаил Юрьевич лихорадочно анализирует подслушанный разговор и теряется в догадках. Нет, когда он услышал чью-то речь, то даже попытался позвать и хотел попросить воды. Однако, старые привычки, выполняющего на территории врага различные поручения, взяли свое. Он припомнил, как сквозь веки видел напыщенного генерала, вещавшего о награде. Но она далеко не та, что давалась в его мире, да и общая обстановка непривычна. Правда, пока его сознание спутано, вполне вероятно, что он бредит. Насмотрелся фильмов или зачитался на ночь глядя какой-то книгой? Мысли путаются и скачут, есть еще вариант, что он сошел с ума или кто-то накачал какими-то психотропными веществами. Но зачем и для чего? Он же давно в отставке. Хотя, таких отставников не бывает, дослужился в ГРУ до полковника, преподом был, а потом… Высшее военное пехотное императорское училище закончил, звание поручика получил, а тут и война случилась. На фронт отправился, с родителем разругался, который не желал для сына такой карьеры. Нет, стоп, его же на рынке окликнул один сириец, за которым он гонялся в свое время и даже помог арестовывать. Фаруха должны были казнить, не мог он выжить. Или сумел? Так, что дальше? В переходе он с ним столкнулся, и еще тремя шакалами. Навыки не пропали, он ударил первым, лезвие ножа Фаруху в печень вонзилось, считай, что исполнил приговор и за парней отомстил. На душе полегчало, вот только, вспомнил, что от дубинки уклониться не смог, реакция уже не та оказалась. А потом его, старика-отставника, забили лежащим на брусчатке в подворотне. Но он не обмочился, ни разу не застонал! Об одном жалел, что не взял с собой наградной ПМ, а так бы этих тварей положил всех. Но с какого такого испуга в раскалывающейся голове столько подробностей о жизни молодого поручика? Это никаким гипнозом не вложить в голову. Или какие-то новые технологии появились? Судя по барышне, изображающей сестру милосердия, то очень сомнительно, что она притворяется. Так артисты не играют, если только за Оскаром не идут. Да и доктор был убедителен, как и генерал и даже медбрат, который к нему обращался ваше благородие, при том, что не требовал даже ответа, считая поручика нежильцом. Что же происходит-то? Нет, пока не время «просыпаться» надо все обдумать и взвесить. Вот только жрать сильно хочется, а еще мочевой пузырь вот-вот лопнет. Похоже, придется девушку беспокоить, но он отвык от смущений, в госпиталях не раз бывал. Но это очень уж какой-то древний и ни одного медицинского прибора нормального не видно. Даже давление не измерили ни разу! Что там врач говорил? Он с кем-то дрался и под артиллерийский обстрел попал? Значит контузило, ранения получил и на какое-то время память мог потерять. Ну, если это не бред, то бывший полковник Главного разведывательного управления, сумеет разобраться и врагам точно не поздоровится, кем бы они не являлись. Но вот незадача, ладонь обожгло, а в ней он очень важное прячет. Мысли и образы закрутились, словно смерч в голове образовался. Чуть слышный стон сорвался с его губ, сознание померкло, и он только успел заметить, как над ним склонилась Анастасия, у которой в глазах испуг и любопытство.