— Иди уже, подари цветы, — пихнула меня в бок Анастасия. — Смотрю ее задаривают различные господа, которые готовы Веру прямо со сцены с собой увести.
Так и поступил, а когда вернулся за Настей, чтобы вместе отправиться в гримерную комнату Веры, куда та нас пригласила, то девушки не обнаружил. Та не стала меня дожидаться и ушла.
— Почему ты один? — задала мне вопрос госпожа Холодная, когда пришел в ее гримерку.
— Настя ушла не попрощавшись, — развел я руками.
— Она молодец, быстро учится и соображает, — усмехнулась Вера, подходя ко мне. — Поручик, скажите, вы не ревновали к предпоследней сцене, когда целовалась с пастухом?
— Надеюсь, он не дотрагивался своими грязными губами до твоих, — ответил ей и притянул к себе.
— А ты проверь, — провокационно сказала та.
Не совсем понял, о чем она, но уточнять не стал. Смял в поцелуе податливые губы актрисы и получил страстный ответ. Минута и мы уже чуть ли друг друга не раздели, отрезвил стук в дверь и голос господина Жукова:
— Верочка, тебя ждет журналист, ты ему обещала дать интервью. Скажи, когда он может зайти.
Мы так и застыли, осматривая друг друга. Хорошо, что одежду не порвали, а вот макияж актрисе и ее прическу успел испортить, да и платье почти стащил. Когда успел-то? При этом сам в расстегнутой рубахе, пиджак валяется на спинке кресла, ремень расстегнут, но хоть брюки на месте.
— Пару минут! — воскликнула Вера и прошипела: — Одевайся, быстрее!
Мы, как преступники, заметались по гримерке. Куда-то запропастился мой галстук и бюстгальтер девушки. Их так и не нашли, госпожа Холодная подправила макияж, нанесла помаду, расчесала волосы, а мне велела встать за ширму и не двигаться. В общем, спрятала, при этом практически оставался на виду. Честно говоря, я бы предпочел шкаф, даже приоткрыл дверцу и чуть не чихнул, кто-то не пожалел нафталина.
— Заходите, — сказала Вера и отперла замок на двери гримерки.
Внутрь прошло двое, судя по шагам один из них импресарио, который плюхнулся в кресло. Голос журналиста принадлежал молодому и восторженному парню, при этом он задавал неудобные вопросы. Хорошо, что интервью не продлилось долго. Минут через десять парня выперли, а Иван Сергеевич сказал, что через пять минут у дверей гримерки никого не будет, в этом он клянется.
— Похоже, господин Жуков догадался, что ты находился рядом, — с усмешкой сказала Вера и протянула мне галстук. — Он его подобрал, каким-то образом попал между спинкой и сиденьем.
— Бывает, — усмехнулся я. — Вместе выйдем или по-отдельности?
— Сама не знаю, чего испугалась, — пожала плечиками актриса. — А ты с чего засуетился?
— Не хотел тебя скомпрометировать.
— Думаешь о наших отношениях не будут судачить? Завтра старт гонки, как только вдвоем уедем, то скрываться окажется бессмысленно. Или думаешь мне не предлагали в напарницы дам-водительниц? Спроси у господина Жукова, у него имелся список кандидаток из пары десятков имен.
— Тогда идем? — потянул ее в сторону выхода.
— Подожди, — со смешком сказала актриса. — Посмотри внимательно на свое лицо в зеркало. Или думаешь просто так тебе сказала, чтобы убедился, целовалась ли с пастухом⁈
— Вот черт! — ругнулся я, рассматривая измазанные губы и щеку в губной помаде.
Слой толстый, жирный и оттирается плохо.
— Дай помогу, — отвела мои пальцы от лица Вера, а потом стала оттирать доказательства с помощью шелкового носового платка. — Готово! Можем идти.
Как и планировали, отправились в ресторан, где поужинали и пару раз потанцевали. Разговаривали много, госпожа Холодная неплохо образована, хорошо начитана и за словом в карман не лезет. Друг друга умудрялись подначивать и шутить. Нас никто не беспокоил, Веру танцевать не приглашал, шампанское в знак приветствия не присылал. Вечер удался, как и последующая за ним ночь. Актриса изголодалась по мужской ласке, я тоже без женской близости заскучал. Угомонились, когда рассвело и продрыхли бы до обеда, а то и до вечера, не разбуди нас горничная и импресарио. Они так в дверь колотили, словно случился пожар.
— Привет, — шепнул я, поцеловав Веру в припухшие губы. — Что им от нас надо?
— Понятия не имею, — счастливо улыбнулась та, а потом округлила глаза и прижала ладошку ко рту. — Михаил! Гонка скоро! Мы, похоже, опаздываем!
— Эй, хватит уже дрыхнуть! Даю минуту и велю выломать дверь! — надрывается господин Жуков, повторяясь раз за разом.
— Уже встаем! — воскликнула девушка и соскочила с кровати.