— Да ну нах⁈ Тот самый⁈ В натуре⁈ — округлились глаза у соратника.
— Отвечаю. Я уже не первый раз с ним пересекаюсь. Лютый тип. Ты ему под горячую руку не суйся.
— Хе, да я и не собирался, — ухмыльнулся собеседник. — Мне пацаны рассказывали, что Мороз однажды…
Что там было дальше я уже не услышал. Поскольку нас уже взял в оборот руководитель операции. Или, как мы называли таких в комитете, «дирижёр».
— О, слава богу! Наконец-то вы добрались! — обрадовался сотрудник органов, обтирая платком взмокшую шею. — Мы заблокировали носителя в доме, теперь дело за вами!
— Тихо-тихо, майор, не гони лошадей, — выставил я ладонь. — Для начала доклад. Кто, что, где? Гражданские есть внутри?
— Да пиромант у нас тут! — эмоционально сплюнул офицер. — Больше сами ни хрена не знаем, как на пороховой бочке сидим!
— Ненавижу сраных поджигателей, — поморщился я.
— А кто любит? — развёл руками майор. — Мы и пожарных уже пригнали на всякий случай. А то мало ли…
— Это вы молодцы, что позаботились, — одобрил я. — Ладно, будем импровизировать по ходу пьесы. Криминалистам давай команду готовиться. Минут через десять пойдут за нами проверять.
— Понял! Ну, с богом, мужики! — ободряюще поднял сжатый кулак «дирижёр».
— Всегда с нами, — подал голос Захаров, наматывая на запястье чётки с массивным распятием.
— Всё, валите подальше, не мешайте, — задвинул я за спину майора.
Того дважды упрашивать не пришлось. В считанные секунды пространство перед окружённым одноэтажным домиком очистилось. Все сотрудники вышли за периметр оцепления.
— Хочешь первым номером поработать? — спросил я, не глядя на товарища.
— А если скажу «нет», то что?
— По ушам получишь. Ликвидатор должен быть как пионер, всегда готов.
— С тобой, Мороз, не забалуешь, — усмехнулся Захаров.
— А ты как хотел? Ладно, хрен с тобой, давай сегодня я. Страхуй меня.
— Да я ж шучу, Макс, ты чего? — обиделся товарищ.
— Поздно, я уже настроился. Начинаю.
На короткий миг я прикрыл веки и обратился к Бездне. Та, как и всегда, охотно ответила на призыв, и весь мир изменился. Я увидел и почувствовал сокрытое от взгляда. Теперь мне было подвластно то, что простому человеку и не снилось…
— Мороз, ты как? — коснулся моего локтя Захаров и заглянул в глаза.
— В норме, погнали, — коротко буркнул я.
Верный «Орлан» уже в ладонях. Щелчок затвора. Патрон в патроннике. Вперёд.
Осторожно поднимаюсь на крыльцо домика. Слышу позади шаги Николая. Ненадолго останавливаюсь перед входом. Бездна мне шепчет, что за хлипкой дверью никого. Отлично. Выношу её с одного пинка.
Внутри жилища царит мрак. В лучах света, падающих от проёма, летают мириады пылинок. Перешагиваю какой-то мусор у самого порога. Он меня не интересует. Ещё одна дверь. Пихаю её стволом пистолета. Из небольшого предбанника попадаю в длинный коридор. Дыхание иного мира резонирует, рисуя в моём сознании полноценный план помещений.
Я могу с закрытыми глазами опознать любой предмет, валяющийся в этом клоповнике. Преисподняя словно бы раскрывает подлинную природу каждой вещи. В пыльном стакане на подоконнике когда-то была заварка. Потом её пожрала плесень, но и сама уже давно засохла. Желтовато-бурое пятно на полу — застарелая рвота. Стеклянная бутылка. На дне остатки крепкого алкоголя, а на горлышке отпечаток губной помады.
Так-так, а это у нас что? Небольшая непросматриваемая область, которая не поддаётся моему внутреннему взору. Вот ты где засел, голубчик…
«Один. Там. Ждёт», — объясняю жестами напарнику и киваю на вход в дальнюю комнату.
«Принял!» –поднял сложенные колечком пальцы Захаров.
Бездна показывает мне, где находится одержимый. Он спрятался слева в углу. Чует, падла, кто пожаловал. Но снять отсюда его вряд ли получится. Домик тут хоть старый и внешне обшарпанный, но добротный. Стены толщиной в две ладони. «Экспансивка» не возьмёт. Ну и ладно, так справимся.
Залетаю в комнату первым и сразу же вижу, как мне в лицо несётся плотный огненный поток, толщиной с футбольный мяч. Ух, сучара! Вот же отожрался…
Бросаю навстречу сгусток энергии Бездны. Он сплетается с пламенем, порождая завихрение, а затем жаркие языки развоплощаются в удушливый чёрный дым. Комнату затягивают непроглядные клубы, выедающие глаза и дерущие горло.
Судя по эманациям, которые мне передаёт Преисподняя, пиромант готовится атаковать снова. Но я резко ныряю в сторону, вслепую разряжая сразу половину магазина прямо в непроглядную завесу.
— Коля, слева! — ору напарнику.
Захаров меня слышит и тоже стреляет в указанном направлении. И практически сразу слепая зона, доселе недоступная взору Бездны, начинает быстро истаивать. Теперь я даже сквозь дым понимаю, как выглядит одержимый, где упало его тело и куда ему попали наши пули.