Домой не тороплюсь, иду по весеннему лесу, наслаждаясь утренней природой и моим последним днём в мире Белых вод. Разве я могла когда-то подумать, что судьба моя сложится подобным образом?! Я отчаянно верила, что до самой старости проработаю на кухне, выйду замуж, рожу пару детишек и проживу обычную, но спокойную жизнь. Не мечтала я ни стать ворожеей, ни тем более княгиней. И уж точно не планировала становиться затворницей и изменщицей в ликах богинь. Но судьба она словно водица - течёт, меняется.
Домик вижу ещё издалека. Даже не верится, что он так быстро стал для меня родным местом. Теперь я знаю каждую скрипучую половицу, каждую щёлку в стенах, для меня он словно живой, словно ещё один мой питомец и друг. На заборе сидит Буян и вглядывается вдаль, а завидев меня, взлетает и в один миг оказывается на моём плече. Глажу птица по пёрышкам, приговаривая ласковые слова.
- Прости меня, Буянушка, не хотела тебя обидеть. Ты у меня самый умный и самый красивый сокол во всём мире!
Птиц довольно жмурится. Отпускаю его полетать и направляюсь к сараям. Навещаю курочек, рассыпаю им зерна и выпускаю погулять по двору. Расправив крылья, они несутся в сторону сада, чтобы покопаться в земле в поисках червячков и жучков.
- Доброе утро, моя Снежечка! - ласково приветствую свою четвероногую подругу, обнимая её за шею.
Снежка трясёт головой и довольно фырчит. Скармливаю ей морковку и подсушенный хлеб.
- Спасибо тебе, моя дорогая подруга, что пошла со мной! Без тебя бы я точно пропала. Я... скучать по тебе буду! - бормочу, чувствуя, как не могу сдержать слёз. И они текут по моим щекам солёным потоком. - Хотя не знаю, скучают ли неупокоенные души. Ты главное знай, что одна ты точно не останешься, Свят о тебе позаботится.
Снежка трясёт головой и недовольно ржёт, словно понимает, что я прощаюсь с ней.
- Есенька, ты здесь? - раздаётся голос Свята.
Вздрагиваю от неожиданности и поспешно вытираю мокрые щёки.
- Здесь, Свят! - пытаюсь улыбнуться, придавая голосу радости. - Доброе утро!
- Доброе... что-то я разоспался сегодня! - сонно улыбается Свят. Подходит ко мне и обнимает. - Проспал завтрак, да?!
- Ничего страшного. У меня там тесто стоит, сейчас быстренько пирожков с тобой налепим.
Святослав целует меня в щеку.
- Ты плакала?! - обеспокоено спрашивает.
И как он только всё чувствует?!
- Мизинцем ударилась о табуретку, больно было, вот и не сдержалась! - вру ему.
- Ох, душа моя, ты поосторожнее будь, - Свят обнимает меня и утягивает за собой обратно в дом.
Мы завтракаем и принимается за лепку пирожков. Сначала лепим с мясом и капустой, а потом и до сладких доходим. И наконец я перехожу к самому важному.
- А я слепила себя! - восклицаю, подходя к парню. Вкладываю ему в ладони фигурку. - Осторожно только, не помни!
Свят ощупывает кусок теста и улыбается.
- Слепишь себя?!
- Неее! - тянет он. - Давай, я тоже тебя слеплю!
- Ну нет, так не интересно! Лепи себя. А потом поменяемся!
И Святослав слушается. Берёт кусочек теста и принимается лепить свою фигурку. С моей подсказки дышит на тесто, размягчая его. А когда заканчивает - вручает мне, забирая мою фигурку себе. А я прижимаю к груди последний элемент обряда. Теперь точно всё готово!
Дальше мы занимаемся вполне обыденными делами - этот день ничем не должен отличаться от предыдущих. Одно только в нём новое - я то и дело бросаю взгляд на небосвод, следя за солнцем. А когда оно минует зенит и начинает склоняться к горизонту, прошу Святослава растопить баню.
- Банька готова, душа моя! - отчитывается Свят, заходя в дом. - Ступай, пока там не дюже жарко, а я после тебя пойду.
- Давай вместе пойдём?! - предлагаю, подходя ближе.
На лице Свята вмиг появляется изумление.
- Вместе?! Вдвоём?! - переспрашивает он, словно бы ослышался.
- Вместе. Вдвоём. - подтверждаю.
Святослав нервно сглатывает и впервые краснеет. Чувствуя это, тут же отводит взгляд, делая вид, что поправляет рубашку. Это так мило, что я снова готова расплакаться, но с усилием держу эмоции в себе.
И в баню мы всё-таки идём вместе. В предбаннике скидываю одежду, оставаясь совершенно обнажённой. А вот Свят снова тушуется, неуверенно снимает с себя рубашку, стоя ко мне спиной. А когда дело доходит до штанов, резко сдёргивает их и тут же оборачивает бёдра полотенцем. Ничего ему на это не говорю, тяну за собой в парилку.
Пока Святослав возится над корытом, разбавляя горячую воду холодной, беру в руки мыло и подхожу к нему со спины. Осторожно касаюсь плеч. Свят тут же вздрагивает.
- Есенька...
- Можно? - прошу его.
Он молча кивает, и я веду ладонями по его сильным плечам, оставляя мыльный след. Сердце моё колотится так быстро, будто сейчас вырвется и упорхнёт. Ноги становятся непослушными, а внизу живота словно горячим свинцом наливается. Свят стоит, как изваяние, боясь пошевелится, лишь дышит тяжело и прерывисто. А когда я подхожу с лица и касаюсь ладошкой живота, судорожно выдыхает.
- Можно я сам? - неуверенно спрашивает он.
- Тебе не нравится? - уточняю.
- Нравится... - сглатывает парень и руками принимается поправлять повязку на бёдрах.
Я ни разу не видела полностью обнажённого парня, но из рассказов своей любопытной подруги Фотинии прекрасно осведомлена, как у мужчин устроено ниже живота. И от осознания, что Святу действительно нравятся мои прикосновения, меня в жар бросает вовсе не от раскалённой печки.
Чувствуя, что я замерла, Святослав тут же перехватывает мыло из моих рук.
- Теперь моя очередь, - хрипло заявляет он, заставляя меня дрожать от волнения.
Вот только его руки касаются моей косы. Он проводит по ней пальцами и трогает ленту, что удерживает кончик.
- Можно?
- Можно!
И он распускает её, развязывает, нежно перебирая прядки, намыливая их душистым мылом, а потом смывая пену тёплой водой. А на его лице играет такая блаженная улыбка, что невозможно не улыбаться в ответ. Моя волосы, он то и дело касается моих плеч, спины. Сначала осторожничает, но желание берёт своё, вскоре его руки уже путешествуют по моей спине.
- Есенька, - шепчет он, прижимая меня к себе.
Бедром ощущаю его желание, чувствую, как дрожит его тело наравне с моим. Но Святослав не позволяет себе большего, что я не могу не восхищаться его стойкостью. Но я ждать не могу.
- Ты всё ещё хочешь, чтобы я стала твоей женой?!
- Больше жизни!
- Тогда сделай меня своей... прямо сейчас.
- Есенька, любимая моя, - Святослав морщится. - Я не могу так с тобой поступить, душа моя. Завтра мы отправимся к священнику и попросим, чтобы он обвенчал нас. Хорошо?!
- Нет... - качаю головой. - Я хочу стать твоей сегодня перед ликом богинь. А обряд... потом будет и обряд.
На лице Святослава отражаются муки борьбы: одна его часть упрямо настаивает, чтобы у нас всё было “по правильному”, дабы не пятнать мою честь ещё больше. А другая, тянет ко мне свои руки, желая коснуться, обнять, поцеловать и исполнить мою просьбу. И я помогаю этой второй половине победить - поднимаюсь на носочки и целую. Не как обычно, легко и нежно, а по-настоящему, вкладывая в поцелуй все чувства, что живут в моём сердце. И Свят не выдерживает. Обхватывает меня руками, прижимая к себе крепче и начинает целовать настойчиво и жадно, сминая мои губы.
Ноги окончательно теряют всякие силы, но парень словно чувствует это, подхватывает на руки, не давая упасть. Выносит из бани и несёт к дому, шагая по молодой траве босиком.
И вскоре я уже лежу на спине на кровати, а Свят нависает надо мной.
- Есенька... - шепчет.
Ничего не говорю, лишь ласково веду пальчиками по мощной груди.