— Федя, милый, я уж и не знала, что думать, — влетев вихрем, произнесла Лукьянова, и повисла у меня на шее.
Я и сообразить-то толком ничего не успел, а она уже впилась в меня долгим и жадным поцелуем. В принципе, понять её не сложно, вдовья доля, да общественное мнение заставляют жить с оглядкой. Это с меня, как с гуся вода и во время путешествия я вовсе не хранил верность новой любовнице. Василиса конечно мимо кассы, но ведь есть ещё и бордели. А если не экономить, так и вполне приличные. Таисии же пришлось несладко. Не успела толком напиться в жаркий день, как у неё отобрали кружку с водой.
— Ч-что-то с-случилось, — отстранилась она, почувствовав мою холодность.
— Таисия Андреевна, мы кажется договорились, что вы не заходите во флигель и не хозяйничаете в нем. Но стоило мне ненадолго отлучиться, как вы…
— Федя, я просто хотела прибраться, — перебила она меня.
— Я вас об этом не просил, Таисия Андреевна. Полагаю, мне следует подумать о переезде. На возврате уже внесённой квартплаты я настаивать не буду…
— Федя, остановись, — накрыла она своей ладошкой мою руку, лежащую на рукояти хауды. — Я всё поняла. Такое больше не повторится. Обещаю, — и прямо-таки взгляд побитого щенка.
А вот перегибать не стоит. Нет страшнее и коварней врага, чем рассерженная женщина. Уж кто, кто, а я это знаю совершенно точно. Поэтому взял её лицо в свои ладони, посмотрел долгим взглядом прямо в глаза, в которых появились надежда и желание, и впился в неё жадным поцелуем, на который она тут же ответила.
— Глаша, — оторвавшись от Таисии, наконец произнёс я.
— Я её в лавку услала, вернётся не скоро.
Ну, не скоро, понятие относительное. Поэтому расслабляться особо не стали. Благо поднять юбку не так уж и сложно, а панталоны и вовсе не представляют помехи…
К моменту возвращения прислуги, умиротворённая квартирная хозяйка вернулась к себе, а я наконец сумел забраться в тайник. Не вижу ни единой причины откладывать свой визит в банк, для открытия счёта и аренды ячейки. Всё же, держать ценности в доме, идея не из лучших.
Поэтому я переоделся в лучший свой костюм, почищенный и выглаженный заботливой женской рукой. Тёмные сюртук, жилет, брюки, федора, белая рубашка, повязанная чёрным шейным платком в белый горошек и до блеска начищенные туфли. Ткань среднего ценового сегмента. Однако, крой и пошив выдавали работу не просто портного, но мастера своего дела. Григорий оставался княжичем, даже когда желал сохранить инкогнито. Глянул на себя в зеркало на дверце платяного шкафа. Ну чисто франт, перед которым откроются многие двери.
В банке никаких сложностей не возникло, а все формальности уложились в каких-то полчаса. Определив практически все средства на счёт, оставив только на карманные расходы, и сбросив в ячейку практически все амулеты, я наконец оказался на улице.
Извлёк из кармашка жилета часы, откинул крышку и взглянул на циферблат. Всегда нравились карманные котлы. Есть в них что-то патриархальное. А может причина в том, что я поклонник старины, и архитектуры девятнадцатого века. Признаться, находясь на улицах этого мира я буквально наслаждался видами. Пусть здешний русский стиль несколько и отличался от известного мне, вобрав в себя больше от греческих зодчих. Менее привлекательным от этого он не стал.
Время ещё было, а потому я решил не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Тем более, что до гильдии было не так чтобы и далеко, а день тёплый, но не жаркий.
В левом коридоре как всегда было многолюдно. Вольники толпились у доски, подбирая себе груз. В правом, по обыкновению тихо, и только редкие служащие прохаживались по коридору между кабинетами.
— Добрый день, — поздоровался я, войдя в кабинет отдела кадров.
В этот раз обошлось без непристойной картины. Девушка спокойно трудилась за своим столом, Таничев то же что-то там строчил. Гильдии, как и любой государственной или великокняжеской структуре присуща бюрократия. Поэтому кто-то должен систематически выписывать какие-то бумажки и перекладывать их с места на место.
— Ого. Какие люди. Здравствуйте, молодой человек. С чем пожаловали? — приветствовал меня Таничев.
Девушка только подняла взгляд, поняла кто перед ней, и её губы тронула лёгкая улыбка. Похоже вспомнила, как надо мной потешился начальник. В ответ я одарил незнакомку многозначительным взглядом, и едва заметно подмигнул. На её лице появился румянец смущения. Правильно поняла мой посыл, к первой нашей встрече.