— Я хотел бы знать, что вам от меня надо? — ледяным голосом проговорил он.
— Я хотел бы просто поговорить с вами. Мне нужна помощь.
— Хорошо, — мрачно согласился Колдун.
— Нам нужно куда-нибудь пойти, переговорить…
— Видите ли, я шел домой…
Викториан в плане «опозданий с работы» был человеком пунктуальным, старался лишний раз не вызывать подозрений в семье.
— Зайдем куда-нибудь, поговорим. Я не займу у вас слишком много времени.
— Ладно… Но мне сначала нужно позвонить.
Отыскав ближайший работающий автомат, что само по себе уже было чудом, Виктор позвонил домой, сообщив, что задерживается, а Жаждущий тем временем, поставив сумку на землю, с интересом изучал надписи на заборе напротив. Многие из них были достаточно остроумны и столь же непристойны.
Потом они дошли до какого-то кафе, где были столики на двоих и, заказав кофе и коньяк, долго молча сидели, разглядывая друг друга. Они изучали друг друга с интересом и недоверием.
— Итак, — наконец прервал затянувшееся молчание Викториан, — объяснитесь, пожалуйста.
— Я уверен, что вы обладаете некими… э… силами, — неуверенно начал Жаждущий. То, что он сейчас говорил, ему самому казалось полной бессмыслицей. На мгновение у него возникло ощущение, что он зря морочит голову незнакомому человеку.
— И? — Викториан не хотел ни соглашаться, ни опровергать подобное заявление. И то, и другое никогда сделать не поздно.
— Видите ли, мне нужна помощь.
Викториан внимательно посмотрел на собеседника.
— Помощь?
— Скажем так… я страдаю неким недугом, назовем это — наркотическим пристрастием, и хотел бы вылечиться.
— А я здесь при чем? Для этого есть медицина.
— Мое пристрастие несколько необычно.
Некоторое время они молчали. Викториан успел дважды отхлебнуть из своей рюмки. Он не пил коньяк, лишь смачивал язык, пробуя на вкус темную, жгучую жидкость. А мысли его неслись по кругу: «Интересно, кто этот молодой человек на самом деле? Что он имеет в виду под недугом? Какое-то мрачное проявление Искусства?»
— Это связано со смертью?
Жаждущий тяжело вздохнул.
— Да.
«Маньяк, ищущий покаяния», — усмехнулся про себя Викториан.
— И что вы хотите от меня?
Молодой человек замялся.
— Понимаете, я раньше во все это не верил… Ну там, в разные колдовские силы, — видно было, что говорить ему тяжело. Определенно, он боялся сойти за сумасшедшего — это было написано на его лице. — Один человек… — сбивчиво продолжал Жаждущий. — Один человек сделал для меня амулет. Он думал, что я страдаю от какого-то сексуального порока. И что удивительно, амулет работал. Когда выяснилось, что мне нужно нечто другое, он сделал для меня Ведьмин компас, и я пообещал, что если найду вас, и вы окажетесь колдуном, то я познакомлю вас с ним.
«Колдун — что за глупое слово», — подумал Викториан, но тут же одернул себя. Колдун — он и есть. Человек, общающийся с Древними богами — существами, нашедшими покой где-то между миром реальности и тем, что с полной уверенностью можно назвать Адом; человек, творящий заклятия, пусть даже в современной науке им можно найти некое шаткое объяснение; человек, торгующий плотью и чувствами своих соплеменников; человек, общающийся с душами умерших — как его можно назвать иначе? Колдун! Некромант! Посвященный Искусства!
Поглощенный этими размышлениями, Викториан потерял нить разговора, и когда Жаждущий, замолчав, уставился на него в ожидании ответа на какой-то вопрос, Викториан попросил повторить.
— Я спросил: сможете ли вы мне помочь?
— Извините. Вам придется еще раз повторить свой рассказ, я задумался…
— Издеваетесь?
— Нет.
— Одного раза было вполне достаточно.
— Я, молодой человек, не шучу и не издеваюсь. Это не в моих привычках…
Оба замолчали и некоторое время смотрели друг на друга. Викториан властным взглядом человека, которому подчиняются даже маршруты движения светил в небе, Жаждущий — взглядом отчаявшегося, припертого к стенке человека.
— Итак?
Жаждущий молчал.
— Скольких ты убил? — спокойно, словно речь шла о прогулках в Летнем саду, спросил Викториан.