Я попросил Лалу послать Халида, когда тому нужна была помощь? Такого быть не может…
— Твою мать! — выругался я.
— Вспомнил? — без тени иронии спросил Халид.
— Вспомнил, но все было совсем не так…
— А как же?
В тот зимний вечер Лала впервые согласилась приехать ко мне за город. Я обещал, что не трону ее, ведь девочка была воспитана в традиционной семье, где ее научили: отдаться мужчине до свадьбы — навлечь на весь род позор.
Я и не тронул. Я ведь и правда был влюблен в нее до умопомрачения. Никогда прежде никого не любил так, как ее. Никогда больше не полюблю…
— Черт, я забыл о шампанском, — понял я.
— Обойдемся без него, — улыбнулась Лала. — Я вообще-то никогда не пила.
— Брось, — подмигнул я ей. — Сегодня никак нельзя без шампанского.
Я накинул пальто и сказал:
— Я доеду до магазина и быстро вернусь, а ты пока последи за мясом, чтобы оно не сгорело.
Лала готовить не умела совершенно, но об этом я узнал чуть позже…
Я уже сбежал с крыльца, припорошенного снегом, как Лала крикнула:
— Ильяс, ты забыл мобильник!
— Пусть заряжается, там батарея на нуле, — сказал я, заводя двигатель машины.
— А если кто-то будет звонить? Не брать трубку?
— Если кто-то будет звонить, шли всех к черту! Сегодня я хочу слышать только тебя, а не решать чужие проблемы, — рассмеялся я.
— А если твой отец позвонит?
— Его тем более шли в преисподнюю! Всех их к чертовой бабушке!
Я уехал, а когда вернулся, то… Кухня была наполнена дымом, а Лала смотрела на меня испуганными глазами. Вместо запеченного мяса получились мясные угли. Пришлось спешно проветривать дом и придумывать новый ужин. Я даже не посмотрел в телефон и даже не знал, что Лала разговаривала с Халидом и передала ему мои слова буквально… Ведь я так велел.
— Ильяс сказал, что сегодня не хочет решать чужие проблемы — так она сказала, — скривил губы Халид.
— Твою ж мать! — снова выругался я.
— Значит, все было не совсем так, и малышка Лала не передала тебе, что я звонил?
Я помотал головой.
— Можешь не верить мне и думать, что я оправдываюсь, но, Халид, ты же меня знаешь — я бы так не поступил. С Зауром — да. Еще бы и позлорадствовал, но не с тобой.
Мы долго молчали.
Халид достал пачку сигарет, прикурил и предложил мне. Я мотнул головой, отказываясь, и поднял свою пачку, показывая, что у меня все есть.
Наверное, нужно бы упрекнуть Халида, что он больше двух лет таил на меня обиду, а ведь мог просто предъявить претензии сразу, и мы бы давно все выяснили. Но я понимал, что Халид слишком горд, впрочем, как и все мы, Чинхоевы. Раз я ему отказал в помощи один раз, зачем выяснять причины? Вот мы и имеем, что имеем… Черт бы все побрал! Черт бы побрал папашу!
Брат сделал несколько ленивых затяжек, закинув ноги на край стола.
— Черт, ты мне всю малину испортил. Пришел в самый ненужный момент, — хмыкнул Халид, и я понял: брат поверил мне, и инцидент исчерпан.
— Я бы на твоем месте заткнулся про «ненужный момент», учитывая, что это из-за тебя Лала меня бросила, — напомнил я.
— О нет, братец, Лала тебя бросила из-за того, что ты не приструнил свой детородный орган.
— Да говорю тебе, что не было ничего, — рыкнул я раздраженно.
— Уверен?
Я пожал плечами.
— Почти.
— Я бы предложил тебе расспросить Марину, стриптизершу, которая тебя оседлала, но, — Халид развел руками, — она у меня больше не работает.