— У вас есть записи с камер? Я хочу знать, что это был за мужчина…
Глава 12
Ильяс
Записи с камер наблюдения в кофейне не сохранились. Ничего удивительного — с посещения Лалы прошло две недели. Зато управляющий кое-что вспомнил. Бородатый мужчина, что подсел к моей жене в тот злополучный день, имел шрам над бровью. И я сразу понял, кто это был.
Дауд. Наш новоиспеченный братец! Не нужно быть сыщиком, чтобы сложить два плюс два. Дауд прекрасно знал о том, что будет в завещании отца. Нанял Марину, которая опоила меня и уложила в постель. Они сделали фото, которые на следующий день этот ублюдок показал Лале. Попробуй теперь докажи моей девочке, что я тут ни при чем.
«Так уж и ни при чем?» — звучал внутри издевательский голос отца. Мне даже слышался его злорадный смех. Да, старый лис, ты, конечно, прав. Был бы я с мозгами, не пошел бы в бар, не напился бы, не попал в хитро расставленные сети.
Дауд мог знать о завещании — это факт. Может, он даже сделал все это с подачи отца. Это было в стиле Аслана Чинхоева — вот так подставить собственного сына. Единственного женатого из его сыновей. С другой стороны, может, Дауд и сам провернул всю эту схему. Правда, оставалось непонятным, как он так действовал на удачу. Откуда он мог знать, что я буду заливать свои неудачи спиртным в клубе брата? Может, Халид врет, и именно он все это подстроил? А может, они с Даудом заодно? На Халида это, конечно, не очень похоже. Мой младший брат никогда подлецом не был. Затаить обиду на то, что я не помог ему когда-то, Халид мог. Сболтнуть Лале про недоказанную измену тоже мог. Но чтобы продумать такую многоходовку? Это скорее в стиле Заура…
Однако верить нельзя было никому. Никому, черт возьми.
Тут же мои мысли метнулись к причине моей попойки в клубе. Сорвалась важная сделка с фирмой, которая хотела у нас купить системы безопасности. Не просто сорвалась — я ведь большие убытки понес. А что если…
Я позвонил Тамерлану.
— Пробей мне фирму «Неотехнолог», — попросил я. — Нарой все, что нельзя найти в интернете. Мне нужно знать, кому она реально принадлежит и чем занимается.
— Сделаю, — пообещал он.
Мне ничего не оставалось, как вернуться домой и ждать новостей от частного сыщика.
Голова трещала от переполнявших ее мыслей. Я лег на кровать, повертел в руках браслет, который Лала обронила в кофейне. Я вспомнил, как подарил его моей девочке…
Была зима. Москва тонула в снегу. Лала прибежала ко мне заплаканная и рассказала про ссору с родителями. Делимхан Цуров был против наших отношений и брака. Я ведь Чинхоев, а он отчего-то ненавидел наш род. Впрочем, позже я узнал, что и мой отец на дух не переносил Цуровых.
Лала рыдала, закрывая ладонями лицо.
— Я… Я сбежала из дома, хлопнув дверью, Ильяс. — Она подняла на меня перепуганные до смерти глаза. — Я родителям сказала, что мы с тобой… что у нас с тобой… что все уже было, понимаешь?
Я долго в изумлении смотрел на нее, а потом тихо переспросил:
— Ты и правда сказала отцу, что переспала со мной?
— Иначе он бы запер меня дома и больше никогда не позволил тебя увидеть. Они не дали бы нам пожениться! — Она вскочила, вытерла слезы, которые, однако, по-прежнему текли из ее прекрасных глаз. — Они и теперь не дадут! Даже несмотря на мое признание, отец попытается сделать все, чтобы этот брак не состоялся. Он… Он тебя убьет, Ильяс!
— Ну что ты, маленькая моя, — улыбнулся я и подошел к ней. — Никто меня не убьет.
— Нет, конечно, потому что я деду позвонила. Он послезавтра прилетит в Москву.
— Деду? — удивился я.
Я много слышал от Лалы об Ибрагиме Цурове, человеке, который ее растил. Она говорила о нем с восхищением и бесконечной нежностью. Мне это было странно. Девушка, воспитанная в традициях Востока, и так прикипела к деду, а он — к ней. Не к матери, не к бабке, а к деду.
— Если дедушка не убедит отца смириться с моим выбором, то уже никто не убедит.
Она всхлипнула и снова разразилась потоком слез. Такая эмоциональная, такая решительная…
Я обнял Лалу, гладя ее по длинным шелковистым волосам, пахнущим лавандой. Я вдруг вспомнил о коралловом браслете, который когда-то давным-давно отдала мне мама. «Отдай его той, которая ради тебя будет готова сжечь все мосты», — сказала она.