Жаль, что век людской так короток, иначе люди бы заметили много интересного! Но хозяин трактира-кафе всегда был осторожен и даже с людьми, он менял имена, оставляя своё первое имя, истинное имя – Подземному Царству.
Ахерон. Лукавый. Убийца путников когда-то. Когда-то давно, когда это имело смысл. А сейчас предприниматель, крепко держится на плаву, всё время устраивает какие-то обновления. Азазель прекрасно знал мир, хотя он уже и не помнил Ахерона, но тут и не надо было помнить, чтобы понять: Ахерон к чертям их пошлёт. Он не пойдёт воевать. Ему не надо. Он на своём месте.
Но Подземному Царству нужны все соратники, ведь время самого Подземного Царства заканчивается. А дезертиров… что ж, потому Азазель и пошёл за Ахероном. Ахерон – перворождённый. Он могуч.
– Непривычно, – поморщился Вармо, – жевать. Оказывается, это утомительно.
– А думать ещё утомительнее, так что лучше жуй, – Азазель сам следовал своему совету. Ахерон подавал прекрасные супы и недавно открыл линейку сытных вафель – свежеиспечённые, пропитанные маслом и специями с чесноком, они имели разное наполнение – мясо или рыба, разбавленные овощами и сыром, и всё это крепко спрессовано и поджарено. Корочка по краям хрустит, золотится…
Диалог с Вармо не такая ценность как обед в глазах Азазеля. Сколько ему таких осталось? А всякие собеседники, наверное, будут и в пустоте, если придёт за войной именно пустота.
– А вы его узнаете? – Вармо не внял совету про жевание, может быть нервничал из-за важного задания и присутствия самого Азазеля, а может быть, просто не хотел жевать – он ещё не привык к тому, что утомительные людские действия могут прекрасно напоминать о жизни.
Азазель сначала доел кусочек с вилки, прожевал его неторопливо, почти мечтательно, а затем только ответил:
– Узнаю.
– А может вон тот? – Вармо кивнул в сторону вошедшего мужчины в дорогом пальто. У вошедшего был тяжёлый взгляд, властные, даже неоправданно-властные движения и какое-то нарочитое спокойствие.
Азазель оглядел его, считывая всю людскую суть, не ради интереса, нет. Мерзавцев с хорошими манерами он научился вычислять ещё давно, настолько давно, что и сказать уже страшно. Но привычка осталась.
– Это не он, – ответил Азазель.
Вармо разочарованно откинулся на спинку стула, вздохнул.
– Сколько ещё ждать? – спросил демон.
Азазель не сдержал смешка. Этот демон куда-то торопился! Какая прелесть! Вот оно, людское, ещё не уснувшее.
– Торопишься? – поинтересовался Азазель. – Есть дела поважнее?
До Вармо, видимо, дошло, что он сказал очевидную глупость, и он заспешил:
– Нет, что вы! Простите! Просто мы так давно здесь сидим. И вдруг люди заметят? И…
– Люди уже заметили, – успокоил Азазель, – но это неважно. Терпение, и наше ожидание скоро закончится.
Он не сомневался – Ахерон их учуял, скоро выйдет. И тогда будет тяжёлый разговор. Тяжёлый, но предсказуемый. Ахерон не захочет вступать в ряды военачальников, он вообще не захочет войны. Он на своём месте и он счастлив, зачем ему воевать? Азазель почти наяву слышал ответ Ахерона:
– Если нашему миру осталось мало времени, я проведу это время так, как я хочу!
И это будет выбором. Ахерон понимает, должен понимать чем закончится этот выбор. Понимает это и Азазель, осталось научить Вармо, чтобы он усвоил: у каждого демона перед тьмой есть своя ответственность, и быть демоном совсем не значит возможность творить любое бесчинство, нет, это необходимость отвечать за свои поступки.
– Подождём, – согласился Вармо так, словно кто-то у него что-то спрашивал. Азазель даже не взглянул на своего соратника, принялся за десерт: десерт был занимательнее, выдумщик Ахерон подавал в этом сезоне разные виды желе – в желе Азазеля были фрукты. Он не любил сладкое, но он любил вкус. А ещё он любил жизнь. И своё существование.
Последняя ложка была съедена, и точно по заказу – а иначе никак и нельзя, к ним приблизился официант. Вежливый, безукоризненно гостеприимный – Ахерон хорошо подбирал персонал и ещё лучше над ним работал. Вармо напрягся, ему казалось, что в любую минуту могут произойти любые события…
Напряжение – хорошее качество для демона. Пусть нервничает, предвещает. Только пусть молчит.
– Желаете что-нибудь ещё? – спросил официант, обращаясь к Азазелю. На Вармо он даже не взглянул, а зачем смотреть на человека, который даже и салат не ополовинил? Очевидно же, не едок!