Александр нахмурился. Джон Комин выступил вперед, уставившись на Неса со смесью неудовольствия и страха во взгляде.
– Что за послание? – пожелал узнать Уоллес.
– Англичане находятся менее чем в трех милях к северо-востоку отсюда. Они нападут на вас на рассвете.
Уоллес поднял руку, требуя тишины, когда присутствующие заговорили все разом.
– Тебя прислал сэр Роберт?
Нес кивнул.
– Мой господин остался с англичанами, но приказал мне предупредить вас. – Под враждебным взглядом Уоллеса он смешался, но потом собрался с духом и закончил: – Поступая так, он подвергает себя большой опасности.
– Сколько их?
– Примерно три сотни на легких лошадях. Отряд возглавляют Эймер де Валанс, Роберт Клиффорд и Хэмфри де Боэн.
Едва прозвучали имена этих прославленных воинов, хорошо известных скоттам, как толпа вновь разразилась криками. Джеймс Дуглас оцепенел при упоминании Клиффорда, человека, которому достались его земли.
– Они хотят уничтожить лагерь, – закончил Нес, – и захватить предводителей живыми.
– Почему сэр Роберт решил предупредить нас? – пожелал узнать Ламбертон.
– Это может быть ловушка, – предположил Нейл Кэмпбелл.
– Не могу знать, ваше преосвященство, – ответил Нес.
– Не можешь или не хочешь? – взорвался Александр Сетон. – Ради Христа, Нес! Говори!
Нес смахнул пот со лба тыльной стороной ладони.
– Пожалуйста, Александр, не спрашивай меня о том, чего я не могу сказать тебе. Просто знай, что я не лгу.
– Уведите его, пока я не решу, что с ним делать, – приказал Уоллес своим людям.
Нес задержал взгляд на Кристофере и Александре Сетонах, словно хотел добавить еще что-то, но тут дозорные надвинули ему на голову капюшон и увели прочь. Уоллес подождал, пока они не отойдут подальше, и повернулся к остальным.
– Теперь у нас есть преимущество, и мы можем воспользоваться им. Мы…
– Мы уходим, – перебил его Джон Комин.
Уоллес, не веря своим ушам, уставился на него.
– Что?
– Я не желаю предстать перед Эдуардом в кандалах. Если уж у меня нет выбора, то по крайней мере я отправлюсь к этому ублюдку по собственной воле. Если мы сдадимся, то сможем получить обратно свои земли, – сказал он, обращаясь к своим товарищам.
– Нам известно о приближении англичан, вы, идиоты! – взревел Уоллес вне себя от ярости при мысли о том, что придется капитулировать перед людьми, которые отняли у него все – дом, отца, жену и дочь. – Мы можем обороняться здесь! Устроить засаду!
Но Комин уже развернулся и двинулся прочь. За ним последовали Инграм де Умфравилль, Темный Комин, Макдуалл и Лишенные Наследства, Ментейт и прочие дворяне. Уоллес лишний раз убедился в том, что командовать людьми на поле боя он умеет, а вот политик из него никудышный. Ему оставалось лишь смотреть, как заспешили и остальные, криками приказывая оруженосцам седлать лошадей, забрасывая снегом костры и наспех собирая припасы.
К Уоллесу, прихрамывая, подошел Роберт Вишарт, загребая снег полами своей подбитой мехом накидки. Епископ был слишком маленького роста, чтобы положить руку гиганту на плечо, тем не менее он сделал такую попытку.
– Друг мой, вы знаете, что я всегда поддержу вас душой, а вот телом, увы, я стар и немощен. – Он загородил Уоллесу дорогу, когда тот хотел развернуться и уйти. – Быть может, нам стоит сложить оружие, Уильям?
– Я скорее умру. – Уоллес вперил в епископа негодующий взгляд. – Я уже поднимал восстания против англичан и раньше. И могу сделать это снова.
Он крикнул, подзывая к себе Грея и остальных.
Вишарт покорно вздохнул.
– Что будет с нашим информатором? – Он махнул рукой в ту сторону, куда дозорные увели Неса.
– Если мы задержим его, – вмешался Ламбертон, – а англичане придут и застанут лагерь брошенным, их подозрение падет на Роберта.
– А что, если он шпионит для них? – проворчал Грей. – Если отпустить его, он может рассказать им о нашей численности и местонахождении.
– Это уже не будет иметь никакого значения, если мы уйдем, – возразил Ламбертон. Он взглянул на Уоллеса. – До тех пор, пока мы не услышим объяснений из уст самого сэра Роберта, предлагаю верить ему.
Уоллес кивнул одному из своих людей.
– Пусть его отведут за границу лагеря и отпустят на все четыре стороны. – Он повернулся к Вишарту. – До встречи в лучшие дни. – Голос предводителя повстанцев был сухим и безжизненным. Приняв кожаный мешок, который протянул ему один из его людей, он закинул его на плечо.
– Я позабочусь, чтобы с ним ничего не случилось, сэр Уильям, – пообещал Ламбертон, останавливаясь рядом со старым епископом.