– Милорд, мы уезжаем? – крикнул он, срывая с головы шлем, раздосадованный тем, что состязание завершили, не дав ему возможности доказать, кто есть кто на самом деле.
Но принц уже вскочил в седло и умчался прочь. Пирс не отставал от него.
Глава тридцать девятая
Эскорт принца Эдварда въехал в лагерь, и встречные поспешно освобождали ему дорогу, видя, что молодые вельможи пришпоривают своих покрытых пеной коней, проезжая мимо рядов палаток. Приблизившись к осадным линиям, принц придержал своего жеребца и сначала отыскал глазами отца, а потом перевел взгляд на стены замка Стирлинг, почерневшие и изуродованные огнем и камнями. От дыма и пыли над крепостью повисла мутная дымка, рассеивающая солнечный свет. У принца запершило в горле, и он закашлялся.
Король, завидев сына, поднял руку, затянутую в латную рукавицу, и поманил его к себе. Эдвард внутренне подобрался, спешиваясь, и, стараясь держать голову высоко, зашагал к отцу. С ним отправились Томас Ланкастер и Пирс Гавестон, беспечно игнорирующий мрачные взгляды, которыми его провожали некоторые бароны, когда он вразвалочку шествовал сквозь их ряды. Впрочем, ему хватило здравого смысла поклониться, когда он предстал перед королем.
– Вы звали меня, отец?
– Ты нужен мне здесь. – Взгляд светлых глаз короля переместился с принца на Пирса. – Думаю, ты уже достаточно наигрался.
Эдвард почувствовал, как загорелись его щеки, когда он остро осознал присутствие лордов и графов. Бароны разговаривали о чем-то между собой, но он был уверен, что они, все до единого, напрягают слух, стараясь не пропустить ни слова из их беседы.
– Огонь сарацин показал себя очень хорошо, – неловко заметил он, проследив за взглядом отца, направленным на замок.
За его стенами над разрушенной крышей часовни клубился дым. Осадные машины на время приостановили бомбардировку, и их расчеты производили мелкий ремонт и подкатывали новые камни, привезенные на телегах.
– Он не сможет разрушить стены, – заметил король. – А вот «Вервольфу» это по силам. После полудня его начнут устанавливать.
Заслышав женские голоса, пробивающиеся сквозь хор мужских, принц обернулся и увидел, как в королевский шатер, расположенный в самом центре лагеря, входит королева в сопровождении своих придворных дам. Полог его был откинут, и внутри, на ковре, стояло несколько кресел. Вокруг женщин суетились пажи, рассаживая их по местам и передавая им кубки с вином, разбавленным водой, дабы они могли утолить жажду. Прохладная свежесть рассвета рассеялась под теплыми лучами утреннего солнца, обещавшего жаркий день. В воздухе поплыли звуки арфы – это заиграл один из менестрелей королевы.
Принц Эдвард заметил, что отец улыбнулся, глядя, как Маргарита опускается на трон, сиденье которого было выстлано подушечками. Королева, которая всего на два года была старше его самого, жила вместе со своими фрейлинами в каменном доме в городе, но отец пожелал, чтобы она присутствовала на завершающей стадии его трехмесячной осады, словно стены Стирлинга были сценой, подготовленной для какого-то грандиозного представления.
– Пойдем, Эдвард, – коротко бросил король, внезапно преисполнившись кипучей энергией. – Проедемся верхом со мной. Я хочу осмотреть повреждения. – Когда принц направился за ним, король обернулся. – Ты один. – Он вперил тяжелый взгляд в Пирса.
Жеребец короля Байярд был уже оседлан, и его огромный круп покрывала ярко-алая попона, украшенная королевским гербом. Обменявшись репликами со своим старшим инженером, король поднялся в седло, стараясь держать спину прямо. По его жесту Томас Ланкастер и Хэмфри де Боэн присоединились к ним вместе с еще несколькими королевскими рыцарями.
Принц, садясь на своего коня, с тревогой посмотрел на замок.
– Разве не лучше будет, если стены осмотрит кто-нибудь из инженеров?
– Мне не нужны чужие глаза, когда я прекрасно вижу своими собственными. Кроме того, это даст нам возможность поговорить.
Чувствуя, как похолодело у него в животе, Эдвард последовал за отцом через осадные линии, когда король пустил Байярда вверх по склону. Он объезжал осадные машины по очереди, ненадолго задерживаясь, чтобы поговорить с расчетами, постепенно приближаясь к стенам Стирлинга. Два графа и королевские рыцари следовали за ними на почтительном расстоянии. Король явно получал удовольствие от поездки, с небрежным изяществом восседая в седле своего боевого скакуна, которым он управлял с легкостью, пуская его то шагом, то танцующей рысью, а иногда касаясь сверкающими шпорами мускулистых боков животного, отчего Байярд вставал на дыбы и бил копытами по воздуху. Эдвард поймал взгляд отца, брошенный на королевский шатер, и понял, что тот красуется перед молодой женой. Он даже распорядился расширить окно дома, в котором остановилась Маргарита, дабы она могла наблюдать за осадой. И вот сейчас он в полном блеске предстал перед своей львицей, загоняя законную добычу.