Роберт с трудом проглотил комок в горле. Он не ощущал ничего, кроме тошноты. Ни жалости, ни гнева и, уж конечно, никакой радости. Он сам толком не понимал, что ожидал увидеть, и знал лишь, что непременно должен взглянуть на тело, после того как Джеймс сообщил ему, что люди Ольстера привезли его.
– Как он умер?
Ранульф откинул мешковину с тела, обнажая дыру на горле.
– Один из рыцарей графа Ричарда оказался метким стрелком. – В его голосе прозвучало искреннее восхищение.
В ране копошились личинки, и казалось, что края ее движутся и вздрагивают. Роберт снова сделал глотательное движение. Ноги у него подгибались, а пятно на сорочке становилось шире.
– Довольно, – решительно заявил Джеймс. – Пойдем, я отведу тебя обратно.
Но тут Роберт заметил арбалет, лежавший в конце стола, под ногами мертвеца. Рядом с оружием виднелась кучка одежды, а также кольчуга и две кожаных переметных сумы.
– Вы нашли что-нибудь, что помогло бы опознать его? – прохрипел он, оттолкнувшись от Джеймса, и вцепился в крышку стола, чтобы не упасть.
– Ничего, – отозвался Ранульф, когда Роберт неверными шагами подошел к арбалету.
– У него был конь, – сказал Роберт, к которому вдруг вернулось воспоминание о жеребце, привязанном снаружи у амбара.
– Наши люди нашли лошадь, – подтвердил охотник. – Но больше на нем ничего не было, – добавил он, глядя на снаряжение.
Роберт провел рукой по цевью арбалета, которое крест-накрест обвивал цветной шнурок. Он выглядел полинявшим и потрепанным, поскольку оружием, очевидно, пользовались очень часто. Рядом лежал колчан. Один болт валялся на крышке стола, древко его было сломано пополам. Он взял в руки перепачканный кровью наконечник.
– Его вынули из вас.
– Я бы хотел оставить его себе, – пробормотал Роберт.
Ранульф пожал плечами.
– Если коронер не будет возражать, забирайте. – Он нахмурился. – Хотя я не понимаю, зачем он вам понадобился.
– На память. – Роберт тяжело привалился к козлам и принялся внимательно рассматривать кусок железа, едва не оборвавший его жизнь. – Чтобы не расслабляться и всегда быть начеку. – Спустя мгновение он положил наконечник обратно на стол, чувствуя себя измученным до предела. – Вы были правы, Джеймс. Здесь не на что смотреть. Хотя я думал, что лошадь и арбалет… – Он умолк. – Пожалуй, он и впрямь лишь обычный грабитель, как вы и говорили.
Но ответа не последовало.
Роберт оглянулся.
– Джеймс?
Сенешаль пристально смотрел на мертвеца, и на лице его было написано очень странное выражение. Вдруг он повернулся к двум стражникам. Они стояли у входа в кладовую, прижав руки ко рту.
– У сэра Ричарда здесь есть цирюльник?
Оба недоуменно нахмурились. Но потом один из них, тот, что держал факел, ответил:
– Разумеется, сэр.
– Приведите его сюда немедленно. И пусть захватит свои инструменты. – Видя, что стражники колеблются, Джеймс резко добавил: – Разве сэр Ричард не приказал вам не перечить мне ни в чем?
Стражник с факелом посмотрел на своего товарища, ища поддержки, и тот кивнул.
– В чем дело, Джеймс? – спросил Роберт, когда стражник нырнул в проем, ведущий наружу.
Но сенешаль снова смотрел на труп.
– Пока не знаю. – Он покачал головой и еле слышно пробормотал: – Этого не может быть. – Но лицо его оставалось строгим и хмурым.
Роберт заставил себя подойти к одной из бочек, на которую и опустился, совершенно обессиленный, зажимая ладонью рану в плече. Он закрыл глаза. Запах ладана и гниющей плоти назойливо лез в ноздри. Он прижался затылком к ледяной стене, а по спине у него стекали струйки пота.
– Только бороду. Сбрейте ее, и все.
Роберт открыл глаза. Джеймс и егерь стояли у стола вместе с третьим мужчиной, который поспешно завязывал рот и нос полоской ткани. «Цирюльник», – понял Роберт, спрашивая себя, сколько же времени он просидел вот так, в полузабытьи.