Притащили демона в академию… и не бояться. Хотя, это же даксы.
Смотреть, однако, все равно было приятно, настолько живой и мирной казалась картина. В ней не было места страхам, предательству и всяким невозможным вещам. Это осталось далеко за пределами зеленой лужайки, Илия облокотилась на перила и постаралась выкинуть из головы лишнее, то есть буквально все.
Когда на балкон вышел Гариэль, Илия на него практически набросилась, обнимая так цепко, словно от этого зависела ее жизнь.
— Ничего себе, — дакса покачнулся, — что случилось?
Сейчас, прячась в складках его куртки и больше не видя весны и чужой беззаботной жизни, Илия тут же забыла что она, беззаботность, где-то бывает. Не у нее.
— Мне страшно.
Гариэль сильно удивился, осторожно приобнял за плечи.
— Почему? Вы тут в полной безопасности.
Илия невесело усмехнулась.
— У меня уже рефлекс на подобные слова. Как их слышу, тут же все скрытые резервы организма наготове, потому что вскоре меня точно попытаются убить.
— Ну правда, не бойся.
Илия вцепилась в него еще крепче.
— Я не этого боюсь.
— А чего?
— Просто знаешь, Гариэль… вокруг нет никого, за кого можно было бы спрятаться. Никого надежного, кому веришь. Давно уже нет. Понимаешь?
Он минуту помолчал.
— А Кариен? — осторожно спросил.
— Кариен? Причем тут Кариен?
— Разве он не рассказал тебе свой большой секрет?
— В том-то и дело, что рассказал.
— И что тебя пугает?
— Я не знаю… он же демон.
— И что?
— Что? — она криво улыбнулась, — а те даксы, которые нас поймали, называли его 'зверушка'.
— Дураков много… Так что тебя так пугает?
— Все. А больше всего — я не понимаю. Когда он меня спас… ведь знал на что идет. Чего теперь он от меня хочет?
— Не понимаешь? — Гариэль замялся, как воспитанная гувернантка, у которой маленькие дети спросили, откуда же они взялись, — ему нужна ты, ну… как обычно бывает нужна любимая женщина.
— Может, так. А может, что-то еще? Не бывает, чтобы демон отказался от всего… сам. У него же было все, у него было столько, что за день не перечислишь! Теперь у него нет ничего.
— А что еще? Ты успокойся… По-моему, это большая удача — находиться рядом с мастером. Про женщин не знаю, а за право быть их учениками многие готовы жертвовать всем. И кто там что болтает — какая нам разница, мы же знаем, какой он на самом деле. Знаем, да?
Дакса говорил медленно, тщательно выдерживая нейтральную интонацию, но Илию и это насторожило. Она медленно отодвинулась, оглядывая Гариэля, сравнивая с тем, каким он был в Сотах. Что-то непривычное таилось в его глазах, что-то неожиданное было в нетерпении, с которым он ждал ее ответа.
— Странно как-то ты разговариваешь…
— Как?
— Словно… хозяин лошади, который желает скрестить ее с драконом и посмотреть, что за потомство получиться.
Гариэль легко улыбнулся.
— К сожалению, дети у мастеров рождаются вполне обычные, да и полукровок всяких уже видали, даже между вашими расами. Так что не выдумывай, я ни к чему тебя не принуждаю.
Илию он не убедил. Вполне вероятно у дакс на Кариена свои планы. Теперь, когда он у них в руках… Не очень-то приятно, оказывается, быть мастером. Почему она об этом не подумала?
— Извини, Гариэль, — совершенно неожиданно Илия смогла взять себя в руки, — мое поведение, должно быть, показалось тебе странным. Это просто минутная слабость, больше подобного не повториться.
Он растерялся, резко выпрямился и вытянул руки по швам.
— Ничего страшного.
Она, не отрываясь, следила за стоящим напротив даксой, совсем не таким простым и понятным, как ожидала увидеть. Наверное, даже слишком настойчиво следила.
— Я хочу знать, можешь ли ты отправить меня домой.
— Ты хочешь уйти? — удивился Гариэль.
— Да.
— А Кариен?
Илия исподлобья изучала его, прикидывая, что за игру с ней затеяли. Пока предположений не было.
— Ты сам только что сказал, здесь он в безопасности. А мне нужно убедиться, что прорыва не будет. Я… спать спокойно не могу, — машинально сообщила. И только после этих слов до конца поняла, что теперь Кариен границу точно не прорвет, потому что к демонам не вернется. Как ни странно, эта мысль не особо утешала. Было его слишком жаль… и слишком злилась на него и на то, что теперь придется, строя планы, учитывать его мнение. Как будто долг на тебя повесили, про который даже если стараться, все равно не забудешь. Как будто вступила в силу кровная клятва, да не одна, а сразу дюжина, наваливаясь всей максимальной тяжестью. И Гариэль вот… сам на себя не похож.