— Думаю не стоит. — Тагир вопросительно посмотрел на наемника, а тот кивком головы подтвердил подозрения рыцаря БЕЗДНЫ.
Стоило шороху повториться, как Тагир еще раз внимательно посмотрел на наемника, положив руку на рукоять своего меча. Но Змей лишь отрицательно качнул головой.
— Спугнем. — Произнес он одними губами. И почти бесшумно растворился в ночи. Но отсутствовал наемник недолго. Вскорости он вернулся и досадливо пожал плечами, объясняя свою неудачу.
— В горы подался. Мне его там не догнать.
Тагир тем временем приступил к тщательному осмотру поверженных. Картина повторялась и здесь — метки были полностью иссушены.
Возвращение в лагерь ничем примечательным не запомнилось. Лагерь спал. Только полуночники шатались от палатки к палатке, да часовые вяло перекрикивались друг с другом, расставленные по периметру лагеря.
Евлампий после ночного приключения почистил клинки, затем достал свою кольчугу, которую он благоразумно не надел перед разведкой в лесу, и обильно ее смазал, предохраняя от ржавчины. Так его и застал Тагир. С учтивым предложением, оказать честь Сиятельной и явиться для беседы.
В палатке леди Ди было по-походному скромно. Сиятельная возлежала на двух одеялах не раздеваясь. От ее доспех исходил стойкий характерный аромат с яркими тонами пота, окислов железа и растительных жиров. Что впрочем, Сиятельную, ни в малейшей степени не беспокоило.
Маленький светильник с редким здесь стеклом располагался на походном столике. Там же стоял кувшин с питьевой водой и треснувшая глиняная кружка.
— У тебя невероятная выдержка. — Демонеса подогнула ноги, словно приглашая наемника расположиться подле нее.
— У меня были хорошие учителя. — Евлампий был чуточку настороже. Но Сиятельная не давала даже намека заподозрить ее в какой-то каверзе.
— Садись, не стесняйся. — Предложила она, и наемник все-таки принял ее приглашение.
— Мы на ты? — Неприкрытая ирония человека легко была отражена обратной репликой леди Ди.
— Да какие счеты между своими…
— Действительно. — Произнес наемник и бесшабашно уселся в ногах демонесы.
— Скажи мне человек. Почему ты не боишься смерти. Я чувствую это так же хорошо, как твою жажду убийства, которая прорывается сквозь маску спокойствия и самоконтроля.
— Хороший вопрос. Если я отвечу тебе на него, ты позволишь мне задать тебе вопрос?
— Это будет честная сделка. — Демонеса незаметно разжала пальцы левой руки, сжимавшие до этого клинок небытия. Этот смертный пугал ее своими возможностями. И как крайний вариант, для беседы, Ди приберегла стол редкий артефакт.
— Ты встречала таких же, как я, презирающих смерть в любом обличье? — Змей поймал себя на мысли, что его тянет пофилософствовать.
— Редко. Я понимаю, к чему ты клонишь. Ты столько раз смотрел ей в глаза, что теперь ты стал не восприимчив к ее появлению.
— Верно. А может я просто устал, от жизни и пытаюсь в такой глуши тихо дожить свои дни…
— Никогда не поверю в такую чушь. Ты как бездушный голем. Ни лишнего жеста, ни движения. Ты скуп на эмоции, но твоя заряженность на действие вызывает восхищение.
— А ты добавь сюда еще мое состояние. Мое тело безвозвратно стареет. И лишь вопрос времени, сколько оно мне еще послужит.
— Уклончиво ответил… — Рассмеялась демонеса.
— Тогда моя очередь спрашивать? — Евлампий всем своим видом показывал, что спросит очевиднейшую ерунду, и демонеса милостиво разрешила этому забавному смертному задать свой вопрос: «Слушаю тебя…»
— В то место, куда направляется твой отряд наемников, есть устойчивые признаки излучения очень редкого для моей родины редкоземельного элемента. И настолько дорогого, что мне трудно подобрать примерную стоимость в золоте…
Змей не успел договорить, а демонеса, не дослушав, изогнулась, выхватывая левой рукой из-за спины какой-то кинжал. Но реакция человека была не менее стремительна. Если бы сейчас сторонний наблюдатель заглянул в палатку, то его взору предстала вполне традиционная для любителя пикантных сцен картина — мальчик сверху, девочка снизу.
Борьба в партере продолжалась недолго. Ровно до того момента, как устав перебарывать невероятно физически одаренную сиятельную леди Ди, Змей не пригрозил, использовать отобранный кинжал по прямому назначению.
Прекратив сопротивляться, демонеса вдруг поймала себя на мысли что ей невероятно приятно ощущать этого смертного верхом на себе. А его сильные руки, которые буквально вжали Сиятельную в пол, вызывали дрожь и сладкую истому. Такой напор, стихию будет очень приятно покорить. Демонеса украдкой про себя облизнулась. Или же уничтожить. Но позже.