– Это кто придумал?– посмотрел он на своего помощника.
– Это работники Канцелярии и их семьи. Все они с радостью согласились выразить вам свое расположение и поздравить с грядущим бракосочетанием,– пожал плечами Роберт, бросая взгляд по сторонам. Вся толпа тщательно контролировалась святыми отцами, взявшими людей в плотное кольцо. Изъявление радости было шумным, но каким-то вялым и неискренним, это сразу заметил сир Роберт, но промолчал.
Скрайдер, пробиваясь сквозь толпу поздравляющих, медленно проплыл к дверям. Помощник Барона подал ему руку и помог забраться в отсек. Главный инквизитор Этериуса радостно помахал толпе ладошкой. В этот момент Роберт ощутил толчок, будто скрайдер был обычной машиной и наехал на какое-то препятствие. Сработали выработанные за годы службы в инквизиции инстинкты. Он толкнул со скрайдера в толпу Барона, а сам прыгнул за ним следом. Вдогонку ему ударило из-под бронированного корпуса горячее пламя, обожгло волосы на затылке, а взрывной волной откинуло прямо на какую-то мамашу с ребенком. Он ойкнула под ним и отчаянно забарахталась, визжа над ухом. Началась паника. Люди рванулись в разные стороны. Со всех сторон послышались крики о помощи. Не смотря по сторонам, толпа хлынула к выходу, давя и топча друг друга. Святые отцы из оцепления попытались восстановить порядок. Кто-то пальнул в воздух и потом поверх голов, что только прибавило суеты.
Роберт кое-как поднялся со своего места, оттолкнул в сторону женщину, пытаясь рассмотреть в толпе Барона, но тут же получил в голову локтем, закружился на месте, подчиняясь бессмысленному и безудержному людскому потоку.
– Спасайте, Барона!– прокричал он в микрофон, искренне надеясь, что кто-то из святых отцов его слышит.
Перед лицом мелькали ноги, руки, чьи-то тела. Роберт никак не мог встать на ноги. Кто-то переступал через него, потом упал, так что хрустнул жалобно позвоночник. Он зло отбросил упавшего в сторону и, наконец, разглядел Барона. Тот был совсем недалеко. Стоял на корточках, зажмурив глаза. Его новый костюм был порван во многих местах, лицо испачкано грязью чьего-то ботинка.
Его надо было спасать. Обезумевшая толпа затопчет его в пару минут. Собрав все свои силы, сир Роберт подхватил стоящего перед ним мужчину под ноги, опрокинул на спину. Оттолкнул второго. Умудрился отшатнуться от третьего и только четвертый снес его ударом в спину.
– Роо…ооберт!– запричитал барон по-бабьи, размазывая по лицу текущие слезы.
– Я уже здесь, дорогой,– главный святой отец империи ощутил как по лицу течет что-то горячее. Провел рукой. Из носа текла кровь. Надо же! А он даже не заметил в горячке, как ему его размолотили.
– Поднимайтесь, уходим!– он подхватил Барона под руки и потянул за собой, повинуясь быстрому и хаотичному движению толпы. Над головой пролетели быстрые огоньки лучиметов. Святые отцы наконец-то опомнились и принялись наводить порядок. Толпа замерла, как в немом кино. К ним пробивался небольшой отряд в белых плащах – личная охрана. Сир Роберт оглянулся назад. На крыльцах перед Канцелярией Верховного валялся порванный на куски взорванный дымящийся скрайдер.
Через десять минут они были уже в кабинете Барона.
– Это катастрофа!– стенал тот, переодеваясь в запасной костюм. Гриммер-робот невозмутимо ездил за ним на колесиках и пытался замазать пудрой мелкие порезы на лице.– Это ужасно! Роберт, любимый, ты непременно должен разобраться с этими партизанами! Немедленно! Коронацию придется отложить…
– Зачем?– удивился Роберт, поморщившись, когда медик ему неаккуратно перевязал поврежденную руку. – Асалия жива, вы живы…Гости ждут вас у Алтаря Безысходности. Так в чем же дело?
Стук в дверь прервал его рассуждения.
– Войдите!– коротко бросил Барон. На пороге стоял один из белых плащей. Его лицо не предвещало ничего хорошего.
– Разрешите доложить?
– Докладывай,– кивнул сир Роберт.
– Взрывное устройство было заложено заранее кем-то из работников Канцелярии. Сработало под магнитным полем вашего скрайдера. Расчитано, чтобы вас уничтожить. Следов никаких… В ходе давки пострадало около сотни человек, шестнадцать из них задавлены насмерть.
– И ты спрашиваешь, почему надо отменить церемонию?!– истерически взвизгнул Барон. Сир Роберт кивнул святому отцу, отпуская его, когда дверь за ним захлопнулась, то он смог продолжать:
– Чем раньше мы проводем свадьбу и коронацию, тем меньше будет разговоров о нелегитимности власти. Соответственно и сторонников у этих новоявленных партизан. К тому же покушение можно использовать и в нашу пользу, обвинив этих народных мстителей в убийстве ни в чем неповинных людей.
Барон на секунду замер, обдумывая слова помощника.
– А ведь и правда…
– Переодевайтесь скорее, ваше святейшество. Народ ждет нового Верховного правителя Этериуса!
Барон тут же сбросил с себя маску леденящего кровь ужаса. Собрался. Подставил лицо роботу, который несколькими ловкими масками замазал царапины, нанесенные толпой. Быстро и собранно переоделся.
– Я готов!
– Мобиль ждет нас у черного входа,– сир Роберт набросил на плечи парадную мантию и проследовал вслед за своим хозяином.
Путь до Алтаря безысходности прошел быстро и без эксцессов. Следом следовали несколько групп святых отцов с полным комплектом бортового вооружения, парочка нарядов полиции, заметив такую охрану, партизаны нападать побоялись.
Когда они прибыли на место, то на поляне некуда яблоку было упасть. Разноцветное море голов и одежд простиралось до самого горизонта. Перед Алтарем Безысходности – темной устрашающей громадиной была установлена сцена, на ней помост под ярко красным балдахином, расшитым золотом. На помосте в ряд несколько стульев.
– Где Барк с Асалией?– шепнул на ухо сиру Роберту Барон, проходя сквозь толпу, улыбаясь всем вокруг и приветливо махая руками.
– Уже едут. Их выход последний, так что…
Барон кивнул и взошел на сцену. Публика радостно завизжала, но инквизитор предостерегающе поднял руку вверх, требуя тишины.
– Граждане свободного Этериуса! Братья и сестры! В этот радостный для нашей нации день нас постигла страшная трагедия…Только что, у ворот Канцелярии Верховного правителя Этериуса на меня было совершено беспрецедентное по своей жестокости покушение. В результате взрыва погибли невинные люди!
Толпа изумленно ахнула. Ради хороших зрительских мест на коронацию и свадьбу люди приходили занимать очередь со вчерашнего вечера и были не в курсе произошедших в столице событий.
– Я обращаюсь к этим выродкам, партизанам, называющим себя защитниками нации и государства! Остановитесь! Остановитесь, во имя четырех Богов! Шестнадцать человек, включая женщин и детей, погибли сегодня от ваших рук. Остановитесь! Говорю я вам… В этот день я скорблю со всеми родственниками погибших. Флаги Этериуса во всей столице будут приспущены. Семьи получат положенную компенсацию. Я долго думал, отменять ли коронацию и нашу с Асалией свадьбу или нет? Потом решил, что это будет означать, что я пошел на поводу у террористов, что нас запугали, что нас сломали…Но наш народ не запугать!
Люди на поляне перед Алтарем Безысходности захлопали в ладоши. Кое у кого на глазах появились слезы.
– Вся процедура пройдет по намеченному плану, кроме вечернего бала и салюта,– толпа одобрительно охнула,– в это же время святая инквизиция займется расследованием этого покушения. Будьте уверены, виновные будут пойманы и наказаны! Никто не уйдет от правосудия в нашей с вами стране! Это я вам гаранирую!
Позади Барона тактично слегка кашлянул Роберт, намекая, что инквизитор слегка увлекся своей речью. Что-что, а болтать с трибуны он умел и любил.
– А теперь!– вперед выступил Роберт.– Начнется свадебная церемония!
Над Алтарем Безысходности раздалась бравурная музыка. Оркестр старался изо всех сил, но привыкший играть молебны и гимны богов, постоянно сбивался с бодрого ритма. Роберт поморщился. Лучше бы вообще не играли. За время речи Барона он успел переодеться. Накинул на плечи расшитую золотом рясу, на голову митру с алмазной крошкой. В руках держал скипетр, украшенный ликами четырех богов.