Тяжело дыша, она обернулась. Стена была сложена из красноватого камня, похожего на гранит. Холодного. Твердого.
Перед ней был большой тронный зал – она сразу поняла это, хотя здесь не было никакого трона. Мари чувствовала, что тронный зал был одновременно и лесом, но ни по каким внешним признакам узнать это было нельзя.
Все стены замка, кроме той, сквозь которую она прошла, были покрыты серыми пересекающими друг друга нитями. Мари задрала голову и не увидела потолка – он терялся где-то в вышине, укрытый от ее взгляда туманом, поэтому она не сразу заметила, как кто-то появляется сверху – сначала одна нога, затем другая, за ней третья…
– Приветствую тебя, путница, – сказал очень тонкий свистящий голос, похожий на детский. – Ты прошла долгий путь, чтобы получить ответы. Что ты желаешь знать?
Четвертая нога появилась вслед за третьей. Ноги были тонкими, изящными, покрытыми колючими с виду ворсинками, на кончике каждой из которых зрела крохотная алая капля.
– Что ты желаешь знать? – повторил голос, и его обладательница спустилась ниже. Теперь Мари видела, что ног куда больше, чем четыре. За ними последовало тело – паучье тело, неуклюжее и громоздкое по сравнению с этими грациозными ногами, похожее на мягкую игрушку. Увидев его целиком, Мари невольно вздрогнула и понадеялась, что паучиха этого не заметила. В самом центре ее лохматого тела она увидела женское лицо – темнокожее, с прекрасными светло-голубыми глазами и желтым камнем во лбу. Лицо было безмятежно, оно улыбалось отрешенно, казалось, глядя сквозь Мари.
– Кто вы? – спросила Мари, делая осторожный шаг назад и касаясь ладонью стены. Стена все еще была холодной и гранитной… Твердой. Не убежать.
– Я – Провидица, живущая в этом замке, – с готовностью отозвалась паучиха, спускаясь ниже. В ее голосе звучала радость, как будто она ждала, пока кто-нибудь спросит, долгие годы. Речь казалась отрепетированной, обкатанной на множестве слушателей, похожей на пол, вытертый множеством ног. – Я – тысячеглазый взор этого мира. Я – центр, в котором хранятся все знания, все истории, все тайны и секреты. Я – это я.
Желтый камень на ее лбу содрогнулся, и стены замка содрогнулись тоже и тихо прошептали:
– Я – это я.
– Я отвечу на любой вопрос, – продолжала паучиха, медленно спускаясь. Мари увидела, что за ее телом тянется серебристая нить толщиной с запястье.
– На любой вопрос, – подтвердил замок.
– Тому, кто этого достоин. Что ты хочешь найти? Подумай хорошенько, потому что другого шанса у тебя не будет. Взгляни на меня и вспомни.
– Вспомни.
– Вспомни.
– Вспомни!
Голубые глаза паучихи оказались совсем близко – на одном уровне с лицом Мари, и, хотя она пыталась отстраниться, ничего не вышло, наоборот, она сделала шаг вперед. Глаза как будто притягивали к себе, вдруг разом став огромными, заполнив собой, своей прозрачной голубизной весь мир вокруг…
– Мою дочь! – крикнула Марина так громко, что стены замка вздрогнули и умолкли. – Я ищу мою дочь!
Паучиха зашипела, отстранилась, и желтый камень у нее на лбу потускнел.
А потом Марина вдруг почувствовала прикосновение холодной стали к своему горлу.
– Как ты смеешь, путник? – зашипела паучиха, зловеще покачиваясь на своей нити, как кобра, готовящаяся к прыжку. – Как ты смеешь обнажать сталь в священном храме?
Марина скосила глаза и увидела у себя за спиной Эдгара – бледного, дрожащего.
– Эдгар. – Она попыталась сказать это громко, но из горла, прижатого ножом, вырвался только писк. – Вы?..
– Да. – Ему слова давались, кажется, еще труднее. – Марина… Вы должны… Понять…
Он перехватил нож, и лезвие порезало кожу – по ней как будто провели острой травинкой. Эдгар судорожно вздохнул.
– Если это и вправду загробный мир, я не могу вам навредить, так ведь? – Он судорожно вздохнул, и, скосив глаза еще сильнее, Марина увидела, что он улыбается, а по его лицу градом льется пот. – А если нет… Тогда, скорее всего, я даже не Эдгар Алан По…
– Эдгар, – на этот раз получилось еще тише, а лезвие глубже царапнуло кожу. – Пожалуйста…
Они шли через Мунковы болота, и она взглянула на огоньки через калейдоскоп, чтобы узнать нужное направление. Куда потом делся калейдоскоп? Она отдала его… Но кому и зачем? Воспоминания ускользали, и увитые пушистыми нитями стены замка крутились все быстрей и быстрей.
– Немедленно убери нож, путник. – Провидица, вращаясь на нити, выходящей из плюшевого брюшка, спустилась ниже. – Или будешь отвечать не передо мной.