— Игорь, — прозвучало скорее утвердительно, нежели вопросительно, словно она не была удивлена приходу молодого человека, а наоборот, ждала, что он заявится к ней с букетом хризантем почти в час ночи.
— Лен, я…
— Зачем ты пришел? Время видел вообще? — голос немного задрожал. Она могла и не спрашивать — наличие цветов говорило само за себя.
— Я знал, что ты не спишь. Свет горел.
Лена рефлекторно скрестила руки на груди и, ненадолго отведя взгляд, словно ища нужные слова, вновь посмотрела на гостя.
— Лен, я не умею говорить такие слова… И вообще никому никогда не говорил, но… — Игорь потер рукой шею.
— Не надо ничего говорить, — она просто испугалась. Себя. Его. И вот этого признания. Что после сказанных им слов, все изменится. Она не знала, в какую сторону, но была уверена, что таких отношений, как прежде, между ними уже точно не будет.
— Послушай, — он прошел в квартиру и прикрыл за собой дверь. — Ты нужна мне, — и, вложив букет в Ленину ладонь, крепко сжал ее.
Ну вот и все, обратной дороги нет. Три желанных и одновременно леденящих душу слова. Так просто: ты нужна мне. Но она была не готова услышать их сейчас, здесь.
— Игорь, не надо, так нельзя, — Лена протянула цветы обратно. — Пожалуйста, уходи, — и опустила голову. Голос снова предательски дрожал, будто ком застрял в горле. Настоящая паника охватывала изнутри.
— Ты его любишь? — вопрос как выстрел в самое сердце.
— Что?
— Любишь его? — повторил он более вкрадчиво.
— Тебя это не касается, — глаза забегали, но Игорь поймал ее своим взглядом. — Скажи мне, глядя в глаза, что ты его любишь, и тогда я уйду.
С каждой секундой он подходил все ближе и не отпускал ее взгляд. Настоящая пытка. Лена дышала так часто, что, казалось, воздух даже не успевал доходить до легких. Пауза затянулась. И случился неизбежный взрыв. Она была убита. Одним точным попаданием. Долгожданный поцелуй обнажил ее душу полностью. Теперь, как открытая книга, она перед ним. Не существовало больше секретов, вопросов, ни единой мысли нет в голове. Только теплые мягкие губы, так нежно ласкающие ее, одно дыхание на двоих.
Ладонь непроизвольно разжалась, и цветы упали к ногам. Мужские руки уверенно обхватили талию, а затем заскользили по спине. Но, как только ее пальцы коснулись обнаженной кожи его шеи, Лену будто ударило током. Она вдруг осознала, что делает и с кем.
— Это неправильно, так не должно быть, — проговорила, резко отпрянув.
— Лен, — предпринял еще одну попытку приблизиться к ней.
— Игорь, уходи, я прошу тебя, — она отвернулась к стене и закрыла лицо руками.
Кожа покрылась мурашками от сквозняка, когда дверь громко захлопнулась. Жгучие слезы текли по щекам, и справляться с эмоциями стало просто невозможно. Губы все еще горели от страстного поцелуя, а душа буквально разрывалась на части. Лена села на пол и с силой бросила букет в стену, отчего лепестки разлетелись по всей прихожей. Злилась. И на себя, за то, что дала слабину и расслабилась, и на него, за то, что так не вовремя ворвался в ее квартиру, в ее жизнь. Он взял и перевернул весь ее маленький мир, внес хаос и запутал окончательно. А может быть, наоборот, только помог разобраться во всем…
Всю оставшуюся ночь Лена не спала: плакала, успокаивалась, размышляла над ситуацией и снова плакала. Всегда очень тяжело находиться на границе между двумя жизненными этапами. Когда ты точно знаешь, что, как было, уже не будет, но и заглянуть вперед не получается. Главное — не затягивать с принятием решения.
От нее зависела дальнейшая судьба, как минимум, трех человек. Всего несколько слов, сказанных ею, могут перевернуть жизнь с ног на голову. Невероятная сила сейчас сосредоточилась в ее руках. И груз ответственности давил, как никогда.
Можно ли спасти отношения, если чувства уже угасли? Нет. Огонь не разжечь отсыревшими спичками. И Лена это понимала: их отношения с Даней вели в никуда. Но Игорь стал, скорее, катализатором, нежели причиной этого разлада. Союз с Даней держался в последнее время исключительно на безграничной любви с его стороны. А некогда теплые чувства Лены превратились в жалость.
Утром спокойнее не стало. И даже новое запутанное дело не помогло ей отвлечься от насущных проблем. Стандартные вроде бы процедуры: выезд на место преступления, опрос свидетелей, построение версий… Вот только ее мысли были совсем не о расследовании.