— Да, я слышал его игру, — заметил Чоут. — К нему относятся несправедливо. Ему все время не везет.
— А сейчас к нему стали относиться еще хуже, — заметил Пит. — Сейчас ему достается больше, чем раньше.
Все они посмотрели, как дежурный горнист отошел от мегафона и направился в свою казарму. Они наблюдали за ним молча, воспринимая его как олицетворение той фатальной неизбежности, против которой все они были бессильны.
— Ну что же, ребята, — сказал старшина одиннадцатой роты, поднимаясь на ноги. — Я, пожалуй, успею съездить к тетушке Сю и вернуться назад. Завтра у меня дел по горло.
— Я поеду с тобой, — предложил Пит. — Дай мне взаймы пятерку, Милт, — обратился он к Уордену.
— Пожалуйста, — ответил Уорден, — под двадцать процентов!
Все засмеялись. Уорден поднял нераспитый кувшин пива.
— Бог с ними, с твоими процентами! Хорошо, что деньги у меня есть. Это я так…
— А ты едешь, начальник? — обратился Пит к Чоуту.
— Пожалуй, поеду, — ответил Чоут. — Поехали, Милт, — пригласил он Уордена.
— Нет.
Ухватив кувшин с пивом обеими руками, Уорден высоко подбросил его кверху как раз над чугунной крышкой водопроводного люка. Все, кроме Уордена, отбежали в сторону. Уорден остался неподвижным. Он смотрел, как кувшин летит отвесно вниз, словно свинцовый груз. Мелкие брызги пива падали ему на поднятое кверху лицо, на одежду.
— Полундра! — громко закричал Уорден, когда кувшин с грохотом шлепнулся на чугунную крышку люка и на Уордена полетел целый каскад пивных брызг.
— Ты с ума сошел! — закричал старшина одиннадцатой роты. — Поехали лучше с нами! В такси!
Уорден провел мокрыми ладонями по забрызганному пивом лицу.
— Оставьте меня в покое, — сказал он приглушенно сквозь двигающиеся ладони рук. — Почему вы не идете ко всем чертям?! Оставьте меня в покое!
Он резко повернулся и зашагал прочь от них, по направлению к своей казарме, чтобы принять душ, переодеться и поехать в город для встречи с Карен Холмс в «Моане».
Глава двадцать первая
На Уордене был сравнительно новый светло-коричневый двубортный костюм, который обошелся ему в сто двадцать долларов и который он приберегал для особых случаев. Всю дорогу от казарм в город Уорден страшно злился на себя за то, что отправился на встречу с Карен. У него болела рука, она даже распухла немного, и в этом Уорден также винил Карен. Он считал, что зря не остался с Питом и ребятами, забыв, что еще совсем недавно ему было не по себе в их компании. Сейчас ему очень хотелось забыть Карен и всех других женщин ее круга, потому что они все равно но могли понять его. Настроение у Уордена настолько испортилось, что он даже подумал. «Вот самое время умереть и уйти от всех забот». Все эти думы, Уорден знал, означали только одно — он влюбился.
Такси остановилось у бара «Черная кошка», и Уорден решил зайти туда, чтобы прихватить с собой бутылочку виски и выпить для бодрости пару рюмок. Из бара он направился прямо к автобусной остановке, чтобы на автобусе добраться до Уайкики. Теперь у него уже не оставалось сомнений, что он влюбился, и он мог со спокойной совестью признаться в этом самому себе.
К тому времени, когда Уорден сошел с автобуса, выпитые пиво и виски наконец дали о себе знать, тяжелым грузом сдавив ему живот. Уорден был не только влюблен, но и здорово навеселе, а в таких случаях он всегда искал повода с кем-нибудь подраться. Но подходящего случая не нашлось. Никто вокруг не хотел вступать с ним в драку.
Закипая от охватившей его злости, Уорден вразвалку прошел последний городской квартал и направился к тому месту, где пляж вплотную примыкал к парку Кухио. Вокруг были расставлены зеленые скамейки, и на одной из них у него была назначена встреча с Карен. Парк заполнили солдаты в гражданской одежде и моряки, прогуливавшиеся взад-вперед по аллеям. Уордену почему-то захотелось, чтобы Карен не пришла на свидание.
Но она пришла. Карен сидела на скамейке, скрестив ноги и закинув руки за голову, внимательно вглядываясь в темнеющие морские волны. Уордену показалось, что ее плечи вздрагивают от рыданий или тяжелых вздохов. Он направился прямо к ней.
— А, привет, — спокойно сказала она. — Я думала, что ты не придешь.
— Почему же? Я ведь не опоздал. — Уорден почувствовал себя неловко, и это снова разозлило его. Он вспомнил о своих похождениях с другими, подобными Карен, женщинами и сразу понял, что на этот раз с ним творится что-то необычное. Видимо, главная причина состояла в том, что он полюбил Карен.