— Но почему же? — не выдержал Калпеппер. — Эго ведь не мне нужно. Я же объяснил тебе, для чего это. Ключ ко всему делу о твоем признании. Если ты меня не послушаешь, то я ничего не смогу для тебя сделать.
— Ио я ни в чем не виноват, — спокойно сказал Прю. — Я не могу признать себя виновным, даже если бы это гарантировало мне оправдание в суде. Я очень извиняюсь, но такой уж у меня характер.
— Боже мой! — воскликнул Калпеппер. — Какое это имеет отношение к делу? Совершенно неважно, виновен ты на самом деле или нет. Но ни один суд не вынесет солдату максимальную кару за то, что он подрался с кем-то в пьяном виде, если обвиняемый сам во всем признается.
— Я не собираюсь упрашивать кого-то пожалеть меня. Если надо наказать меня, пусть наказывают. Я ни на кого не буду в обиде. Никогда и никого ни о чем не просил и не буду просить.
Лейтенант почесал в затылке кончиком ручки и положил ее в карман.
— Ну ладно, — спокойно сказал он. — Подумай о моем предложении. Уверен — ты в конце концов поймешь, что я прав.
— Я уже достаточно подумал обо всем, — ответил Прюитт. — Очень сожалею, что приходится разочаровывать вас, лейтенант, хотя вы проделали большую работу. Я не хочу признать себя виновным.
— Но ведь ты ударил человека, не так ли?
— Конечно. И готов сделать это еще раз.
— В таком случае ты виноват. Зачем же скрывать правду?
— Я никогда не признаю себя виновным, лейтенант.
— Никогда не видел такого упрямого болвана! — закричал Калпеппер, теряя терпение. — Если ты не думаешь о себе, то подумал бы обо мне. Ведь я но просил, чтобы меня назначали твоим защитником.
— Я знаю, — ответил Прюитт. — Мне жаль, что так получается.
Лейтенант тяжело вздохнул, положил листок с текстом показании Прюитта обратно в папку и встал.
— Ну хорошо, — улыбаясь, сказал он. — Так или иначе, подумай о моем предложении. Завтра я снова зайду.
Лейтенант вышел из камеры. Несколько минут Прюитт смотрел ему вслед, а затем уселся на нары и достал из-под подушки колоду карт.
В этот момент сквозь решетку Прюитт увидел входившего в помещение гауптвахты Уордена. В руках у пего был новенький комплект рабочей одежды.
— Можно мне передать эти вещи арестованному? — спросил Уорден капрала, дежурившего по гауптвахте.
— Конечно. А тебе не лень заниматься этим самому, сержант?
— А кто еще будет этим заниматься? Развернуть сверток или не надо? — спросил Уорден. — Может, я спрятал в нем что-нибудь неположенное для арестанта?
Капрал угрюмо взглянул па Уордена, усмехнулся и покачал головой.
— Да ладно, проходи.
Уорден зашагал вперед, к камере, где находился Прюитт.
— Не знаю, почему я трачу время на такого болвана, как ты, — сказал Уорден, бросив сверток с одеждой на нары рядом с Прюиттом. А потом, увидев разложенные вокруг карты, спросил: — Ну как, выигрываешь?
— Пока пет, — спокойно ответил Прю.
— Не отчаивайся. У тебя еще много времени, чтобы потренироваться.
— Неужели еще не назначен день суда? — спросил Прюитт, собирая карты в колоду.
— Я имел в виду твой тюремный срок.
— А может, у меня отнимут карты и я не смогу играть в тюрьме? — тихо сказал Прюитт. Он встал и начал переодеваться в принесенную Уорденом одежду.
— Может случиться и так, — заметил Уорден, наблюдая за Прюиттом. — Суд должен состояться в следующий понедельник, то есть через четыре дня.
Прюитт кончил переодеваться и снова сел на нары.
— Калпеппер сказал, что, по его мнению, мне дадут не больше трех месяцев с вычетом двух третей денежного содержания.
— Примерно так, если ты, конечно, не скажешь па суде чего-нибудь такого, что разозлит судей.
— Я намерен молчать.
— Позволь мне поверить этому только тогда, когда сам это увижу. Вот возьми. — Уорден протянул Прюитту несколько пачек сигарет.
— Спасибо.
— Меня благодарить не за что. Это Анди и Кларк просили тебе передать. Сам бы я покупать сигарет тебе не стал. Из-за тебя у меня порядочно прибавилось всякой писанины.
Прюитт улыбнулся и спросил:
— Скажи, пожалуйста, кто-нибудь из ребят говорил о ноже?
— О каком ноже?
— О том самом, которым Айк хотел ударить меня.
— А ты сам об этом кому-нибудь говорил?
— Нет.
— И ты можешь доказать, что он хотел ударить тебя ножом?
— Но знаю.
— Попробуй рассказать об этом Калпепперу. Ведь он очень хочет блеснуть своим юридическим талантом. Во всяком случае, стоит попытаться.