За месяц все было сделано, и рота отправилась обратно в казармы. У многих болели плечи, распухли кисти рук, ныли суставы.
Так было двадцать восьмого ноября тысяча девятьсот сорок первого года.
Глава сорок седьмая
В те шесть недель, с шестнадцатого октября по двадцать восьмое ноября, когда рота находилась на учениях и солдатам приходилось много трудиться, Роберт Прюитт все еще наслаждался свободой, правда приобретенной довольно дорогой ценой.
Ко времени начала учений он чувствовал себя еще неважно, рана побаливала, особенно но ночам. Не раз он вынужден был вставать ночью и ходить по комнате или курить, сидя в кресле, чтобы как-то отвлечься.
Когда в учениях наступили самые горячие дни, когда «обороняющиеся» отражали высадку десанта «противника», Прюитт в это время почувствовал себя лучше. Но он понял, что пятьдесят процентов удовольствия, получаемого от свободы, которой он пользовался, теряется из-за того, что перед ним все время стоит перспектива возвращения в часть.
Прюитт, конечно, знал о начавшихся учениях. О них ему рассказали подруги еще за два дня до начала учений. Кроме того, об учениях писали газеты, и Прюитт каждый день внимательно знакомился со всеми новостями.
Обычно он не очень доверял газетным сообщениям и раньше газет практически не читал, а здесь, в доме Альмы, чтение газет стало для него необходимым занятием. Ради чтения газет Прюитт отказывался от слушания пластинок, приготовления коктейлей и прогулок на балконе.
Подруги еще крепко спали, когда Прюитт вставал, готовил себе завтрак, а затем усаживался в кресло и погружался в чтение газет. Как правило, на это у него уходило все утро, особенно если в газете оказывался интересный кроссворд. К этому времени девушки вставали, и Прюитт завтракал вместе с ними второй раз. По воскресным дням газет хватало Прюитту до трех-четырех часов дня, и он был невероятно рад этому.
В газетах, конечно, ничего не говорилось о строительстве оборонительных сооружений во время учений, и Прюитт ничего не знал о тех трудностях, которые выпали на долю роты, пока наконец он не отважился побывать в кафе «Голубой якорь» и поговорить с Розой.
Чтение книг по-прежнему оставалось главным времяпрепровождением Прюитта. Увлечение книгами не было для него чем-то новым. У Прю уже был такой период, когда он читал запоем, — во время пребывания в госпитале в форту Майер. Там имелась небольшая, но хорошая библиотека, и Прюитт прочитал чуть ли не все книги, тем более что других занятий не находилось. Он набрасывался на книгу, как голодный на еду. Как, попробовав небольшую порцию какого-то вкусного блюда, человек загорается желанием наесться до отвала, так и с книгой, — прочтя страницу, человек не может успокоиться, пока не дочитает всю книгу до конца.
Прюитт прочитал от корки до корки все книги, которые имелись в библиотеке Жоржетты, даже самые плохие из них, далекие от реальной жизни, — эти книги тоже нужны были Прюитту: он читал их, чтобы убить время.
Прюитт проводил за чтением чуть ли не круглые сутки. Если девушки просыпались в полдень или возвращались домой поздно ночью, они всегда находили его за чтением книг или газет. Он обычно сидел в кресле, а рядом на столике стояла бутылка. Прюитт даже установил, что если выпить три-четыре рюмки, то книги приобретают больший интерес, их содержание кажется более реалистичным. Чтение настолько захватывало его, что даже на вопросы подруг он отвечал односложно, как будто недовольный тем, что его отрывают от важного дела.
Альме все это было не по душе. Она пыталась вступить с ним в разговор, но он никак не реагировал на ее попытки, продолжал сидеть, уткнувшись в книгу. Тогда Альма обиженно уходила в другую комнату и включала проигрыватель на полную громкость. А вообще Альма очень редко включала проигрыватель.
За три дня второй недели своего пребывания в доме подруг Прюитт прочел все, что было в коллекции Жоржетты, и стал теперь каждый день напиваться до бесчувствия. Обычно ему удавалось прочитать две-три книги в день, и он как-то не задумывался над тем, что запас книг истощается. А теперь, оказавшись без дела, он впал в глубокий запой. Пьяному, ему вдруг начинало казаться, что Жоржетта очень похожа па героинь тех книг, которые она так старательно собирала.