Ротам были назначены различные районы обороны, и там, на новых позициях, каждая должна была действовать самостоятельно. Но до тех пор пока все роты не были готовы выступить на береговые позиции, полк оставался в Скофилде.
Повсюду автомобили. Повсюду солдаты, сидящие на своих скатках и вещевых мешках. Двор оказался настолько забит, что даже автомашина командира полка не смогла пробиться. Адъютанты и посыльные командира полка с трудом разыскивали нужных людей, кругом стоял гомон, слышалась грубая брань. Полк должен был выступить в полном составе.
А в канцелярии седьмой роты Уорден, непрерывно что-то бормоча себе под нос, собирал документы.
В какой-то момент, когда Росс вышел зачем-то в помещение склада, в дверь канцелярии просунулась голова Старка.
— Погрузка кухни закончена, кухня готова к походу, — доложил Старк.
— Хорошо, — ответил Уорден, даже не повернувшись к нему.
— Знаешь, по-моему, ты поработал блестяще, — сонливо сказал Старк. — Пройдет еще не меньше двух часов, прежде чем кухни других рот будут готовы к маршу, а некоторые из них вообще не успеют приготовиться.
— Ты и сам поработал неплохо, — ответил Уорден, по-прежнему не глядя на Старка.
— При чем тут я, — возразил Старк. — Тут только твоя заслуга.
— Ну хорошо, хорошо. — Уорден продолжал работать, но поднимая головы. — Спасибо.
К береговым позициям Уорден отправился вместе с Россом в одной машине, вел ее Рассел. Они двигались во главе ротной колонны грузовиков. Впереди, насколько мог видеть глаз, вся дорога была забита грузовыми автомобилями и такси. Грузовики везли солдат к береговым позициям, а такси спешили в Скофилд, доставляя задержавшихся в городе солдат и офицеров в часть. Джипы сновали вдоль колонн, а трехтонкам приходилось продвигаться медленно, шаг за шагом; они двигались только тогда, когда трогалась шедшая впереди машина.
С кузовов грузовиков брезент был снят, и на каждой кабине виднелся пулемет или автомат. Солдаты в касках походили на какие-то чучела, настороженно поглядывавшие вверх, в небо.
Из джипа, метавшегося по обочине вперед и назад вдоль ротной колонны, Уорден наблюдал за солдатами. Их лица здорово изменились — стали заметно суровее. Гражданская одежда, рабочая обувь, коллекции различных нашивок, альбомы с фотографиями, личные документы — все это стало им больше не нужно. Началась война. С собой у солдат было только полевое снаряжение. Лишь Пит Карелсен уложил в свой вещевой мешок такие вещи, которые могли создать ему некоторый комфорт в полевых условиях. Но ведь недаром же Пнт находился во Франции в первую мировую войну.
Медленно, метр за метром, автомашины двигались к Гонолулу, навстречу неизвестности. До сих пор такие выезды всегда были удовольствием, своего рода пикником.
Когда машины проезжали мимо Пирл-Харбора, всех потрясли увиденные здесь разрушения. На аэродроме Уиллер тоже имелись разрушения, но картина, увиденная здесь, внушала ужас. Аэродром Уиллер находился в стороне от дороги, а Пирл-Харбор своими окраинами выходил на шоссе. До сих пор солдаты смотрели на начавшуюся войну, как на какую-то игру. Они постреляли немного с крыши казармы, японские самолеты постреляли в них, повара приносили кофе и бутерброды, а снабженцы готовили боеприпасы. Удалось сбить два или три самолета, и при этом никто из солдат особенно не пострадал. Когда японцы напали на них, многие находились в полупьяном состоянии, — теперь действие виски начало проходить. Солдат охватило раздумье.
Когда колонна машин проезжала мимо только что выстроенного дома для семейных сержантов, навстречу ей высыпали женщины, молоденькие девушки и дети, громко приветствуя солдат. Глядя на девушек, солдаты вспоминали, как совсем недавно этим девушкам не разрешали разговаривать с ними на улице, не говоря уж о том, чтобы заходить с солдатами в бар.
Около Уайкики от ротной колонны стали отделяться одна за другой машины, доставлявшие группы солдат во главе с унтер-офицерами на указанные им позиции. К тому времени, когда колонна достигла поворота к командному пункту у залива Хануама, в ее составе осталось только четыре машины. Две из них направлялись к позиции двадцать восемь у мыса Макапуу, в одной находился личный состав командного пункта позиции двадцать семь, а еще на одной — персонал кухни с оборудованием. Первые две машины свернули на обочину и остановились, а остальные двинулись к Макапуу. Гражданскому населению этого местечка, знавшему многих солдат с давних пор, пришлось в этот день испытать радость и горечь новой встречи.