Фиолетовый – цвет интуиции. На зачетах и экзаменах нужны не только знания. Зачастую профессор спрашивает что-то, чего нет в учебниках или чему имеются противоположные версии. Если ты неудачник, как я, то никогда не угадаешь, к какой из этих теорий склоняется профессор. Я и в случаях пятьдесят-на-пятьдесят никогда не угадываю, что статистически невозможно! Но моя неудачливость закончилась ровно в ту минуту, когда я узнала о свойствах фиолетовой воды. С ней ты не можешь проиграть в состязаниях на удачливость, так же как с синей – на интеллект, и с красной – на физическую силу (при битве на равных, конечно; хрупкая девочка двоих мужиков все равно не одолеет, хоть с водой, хоть без).
Когда я подбежала к аудитории, возле двери стояло всего два человека.
- О, дай попить! – Максим Смирнов аж вырвал у меня из рук бутылку.
- Нет! – закричала я.
Мы стали драться за воду, как две зебры в саваннах Африки. Оставшаяся у дверей Алинка, подруга Веры, с умилением пополам с шоком зырила на нас. Лекции выпали у нее из рук вместе с телефоном, но она даже не обратила внимания.
Максим был сильнее, но, к счастью, испытывал не такую сильную жажду, чтобы допить воду, и оставил мне на донышке. Ну, хоть что-то.
Пока я допивала, он как-то странно на меня смотрел. Затем выдал глубокомысленно:
- Я вижу, с тобой творится что-то неладное. У тебя неприятности?
- Да она спятила! – резко ответила ему Алина, которая была одной из тех, у кого я просила воду.
Максим перевел взгляд на нее и заявил:
- Я вижу, у тебя нерешенные проблемы с отцом. Он оставил вас с мамой, когда ты была маленькой, да?
- Че?! Ополоумел?! – Алина покраснела, видимо, в словах Смирнова все-таки жила правда.
А в его крови жила фиолетовая вода…
Здесь вызвали еще одного человека, поэтому, чем закончился конфликт, я так и не узнала.
6
Я легко получила зачет. Профессор попытался вовлечь меня в дискуссию, но как только я начала говорить, он удовлетворенно закивал, проставил отметку в моей зачетке, а потом начал сам с пылом читать целый монолог по теме. В конце даже исступленно жал мне руку, ибо я единственный, по его мнению, «прекрасный собеседник» в этом учебном заведении. Ей-богу, старик в ту минуту даже прослезился.
Алинка досадливо покачала головой, видя все это. То ли из-за того, что ее ответ на фоне моего выступления будет неконкурентоспособен и она это поняла и злилась, что я завысила планку, то ли она в тот момент думала, что я заразила своей «шизанутостью» еще и профессора, а им теперь расхлебывать.
На улице меня догнал Влад. Я засмотрелась на то, как его длинные светлые волосы сияют на солнце, и чуть не прослушала вопрос.
– Как экзамен?
– Зачет.
– А, ну тогда: как зачет?
– Я ж говорю: зачет. Слушай, мы подозрительно часто сталкиваемся. Скажи мне правду: ты меня преследуешь, да?
Я смотрела в его красивые ярко-голубые глаза, под цвет которых он подобрал облегающий пуловер, и сердилась оттого, что не могу оторвать взгляд.
– Судя по тому, что мы уже второй раз за сегодня сталкиваемся, и это ты влетела в меня первая, хоть и не поздоровалась, то обвинять в сталкинге я должен тебя. Тем более если учитывать место…
– Что? – я даже встала от удивления, не дойдя до знаменательного светофора. – Когда это я в тебя влетела?
– В туалете. – Влад хитро прищурился и добавил ехидно: – В мужском…
– Ах! – я покраснела так сильно, что могла даже без зеркала назвать цвет своего лица: ярко-пунцовый. Интересно, если налить мне на щеки воды, она окрасится? От такого интенсивного пигмента может еще как… – Боже мой! Я не видела тебя там!